Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Джин попробовал нажать, но те, кто ушел вперед, понимали, что они потеряют, отстав, и продолжали тянуться из последних сил, обливаясь потом, оставляя за собой стену как бы застывшей пыли.

Джин понял преимущество бегущих впереди и приналег.

Вот слева появилась тонкая, вытянутая вперед шея Берди.

– Глупо, – еле выдавил из себя Берди, увидев рядом с собой Джина. Он дышал со свистом, неуклюже махал длинными руками. Казалось, что вот-вот Берди споткнется и упадет лицом вперед. Но доходяга Стиллберд был на удивление тягуч, и когда на четвертой миле, у самой кромки полигона, послышался долгожданный свисток, он не остановился, не упал и даже не опустил вниз руки, а, как это присуще бегунам, пробежал еще несколько десятков метров и только потом остановился.

…Обратно они шли быстрым шагом. Еще четыре мили.

У мастера-сержанта было лицо хорошо выспавшегося человека, и он, естественно, не жалел ни себя, ни других.

– Выше голову и ноги, нас ждут вино и женщины! – самозабвенно повторял он чью-то пошлость.

Чак приготовил своим питомцам новый сюрприз. Он встретил их командой:

– Песню!"

"Все недоуменно молчали.

– Выровнять строй! – вновь скомандовал Чак. – Песню!

И снова тягостное молчание.

– Попрошу песню! – на этот раз прозвучало угрожающе.

– Какую? – недоумевая, спросил Тэкс.

– Все равно… Пусть каждый поет свою.

И Тэкс тотчас же запел патриотический гимн «Боже, благослови Америку!..»

Вслед за ним запел Бастер. Бастер пел так, словно находился не в строю, а брел на свидание.

Я замечу тебя одну среди всех.И если ты влюблена,Приходи, крошка, ровно в семьС подругой или одна.Мэт не пел, а, выкатив глаза, рычал:

Ада, Ада! Открой двери ада.

Ада, Ада! Открой эту дверь.Ада, Ада! Открой двери ада,Или я открою ее своим кольтомКалибра сорок пять.А негр Джордж пел что-то грустное, заунывное. Он сразу же сбился с ноги, наступил на каблук Берди и смущенно замолчал. Всю команду смешил Берди.

– «Вперед, солдаты Христа», – тонким голосом запел он гимн «Армии спасения».

А Чак то бегал вдоль строя, приглядываясь к поющим, то отставал, то опережал идущих, прислушиваясь, кто же все-таки не поет.

Не пел Джин.

– Песню! – перекричав всех, потребовал Чак. Джин молчал.

– Песню! – снова крикнул Чак.

 – Строй, стой! – скомандовал он.

То, что называлось строем, остановилось.

– Разойдись! – прогремела команда. Битюк подошел к Джину.

– У рядового Грина плохой слух? – почти шепотом спросил он.

Джин не сообразил, что нужно было бы на это ответить.

– Вы меня слышите? – продолжал, накаляясь, Чак.

– Слышу.

– Сэр, – поправил Джина Чак, – хорошо слышите?

– Я вас слушаю! – Лицо Джина заострилось, глаза сузились.

– Сэр, – на этот раз громче произнес Чак и неожиданно ударил Джина по челюсти правой снизу.