Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

"

"В четвертом раунде Сонни неудачно ушел с ударом от каната, не рассчитав дистанцию.

Я его встретил прямым. Он поплыл. Я обработал его корпус – он отвалился на канаты и сполз на пол.

Мне не хотелось отправлять его в лечебницу, и, когда он поднялся, я вложил ему всю серию в перчатки.

И храни его господь: прогремел гонг.

Сонни – равный среди равных, но все-таки и здесь к нему относятся презрительно.

Неграм всегда сначала обрубят корни, а потом, когда они приживутся на чужой земле и хватят лишку солнца, напоминают, что вы, мол, парни, не отсюда. Талантливых, мол, много, но где ваши корни?

Я равнодушен к этим проблемам и раньше просто никогда о них не думал.

До смерти отца, до всей этой странной кутерьмы вокруг, я не задумывался над тем, что я русский, что русский – это не англосакс, что это что-то «не совсем то»…

Сейчас самое желанное для меня – ночь. Сон – это мой просвет, прорыв из дневного бреда.

А может, у меня до предела уплотнен день и поэтому слишком спрессованы ночные просветы?..

Идет Д., нужно кончать писать… Мне что-то не нравится навязывание дружбы с итальяшкой…

10 августа

…Оказывается, я лучше всех работаю с пластмассовой головой.

…Манекен подключен к электрическому сигнальному щиту. Ты стоишь против него: он твой враг. Бери палку. Удар! Голова упала на грудь: четверка.

После удара голова запрокинута: зажглась красная лампочка – пятерка.

Удар в переносицу – резко, ребром ладони (я уже набил себе ороговевший бугор на ладони не хуже, чем у Ч.).

Точный удар – и голова куклы безжизненно свесилась. Красный свет – пятерка.

Нужно бить не только точно, но и резко.

Не просто резко, но и мгновенно.

– В вас есть и сила, и злость, Джин. Меньше раздумывайте.

И еще он сказал как-то:

– Ведите себя как в Си-130 перед прыжком. Все, что было, – позади. Подойди к люку и войди в ночь как нож в масло… Думать нужно только о том, где и как провести отпуск.

Итак, о Дадли

Мы с Сонни работали карате. Я сделал неудачный финт, и он выбросил меня за мат.

Но и Сонни попался на разрыв. Я чувствовал, что ему больно. У него от боли взмокла шея, но он все же переборол боль. Так бывает, когда сумеешь отстраниться и сконцентрироваться в одной точке.

Сонни вырвал руку из тисков, бросился мне под ноги, и в неожиданном захвате, растянув мне мышцу правой руки, применил клинч и начал ломать мне шею в ординарном нельсоне. Силы покидали меня. Дважды в моих глазах гас свет, словно кто-то под прессом отделял мою сетчатку. Затем он легко перевернул меня, прижал лопатками к мату и вдруг отпустил.

– Ты его не дожал, – сказал Дадли. Я услышал это откуда-то словно из-под воды. – Отпустил?

– Нет, сэр.

– Что нет?

– Я его положил на лопатки, сэр.