Ария

Скорее всего, я уже люблю его так, что болит сердце и ноет в груди. Но об этом ему лучше не знать.

– Во мне?

Я замялась.

– Видишь ли, два года я наблюдала твои многочисленные любовные победы. Словно ты поставил себе цель переспать со всеми студентками школы.

– Ага, – мрачно буркнул он в сторону, – после того, как я встретил одну конкретную студентку, все мои цели сосредоточились на ней, – и сразу же серьезнее. – Хорошо, тогда скажи мне честно – ты обещаешь любить меня вечно, до самой смерти?

– Как я могу это обещать? – искренне возмутилась я. – Я не знаю, что произойдет в будущем.

– Вот и ответ на твой вопрос. Я тоже не знаю, сколько буду тебя любить. Год, десять лет или всю жизнь. Но могу точно сказать, что сейчас ты для меня самый важный человек на свете. И ты слишком тяжело мне досталась, чтобы на следующий день после свадьбы найти любовницу.

Я не стала его поправлять, ведь уже досталась, это ясно и мне, и ему.

– Я могу честно пообещать тебе лишь одно, – произнес Хорн, беря меня за руку, – пока ты со мной, других не будет. Но если ты меня бросишь… – он притворно сощурился.

– Ладно, – несмело улыбнулась в ответ, – этого достаточно.

Мелькнула мысль, что я очень быстро согласилась с его доводами, словно хотела согласиться. Но мне уже было все равно. Осторожность и недоверчивость испарились под влиянием его мягкой улыбки.

– Завтра идем в храм?

Я испуганно отшатнулась, пряча глаза. Когда свадьба где-то далеко на горизонте, я была спокойна и собрана. Но вдруг завтра… Нет, это слишком быстро.

– Ясно, – Хорн прочитал по моему лицу ответ, – не получится вскоре разбогатеть. А я уже присмотрел себе новенький паромобиль. Надеялся куплю с твоего приданого после свадьбы.

Я вымучено улыбнулась шутке. То, что это была именно шутка, я уже не сомневалась.

***"

"Два важных экзамена позади. Геометрия и право. Впереди еще география, биология и иностранные языки. Домоводство, верховую езду и литературу, как всегда, сдавали зачетами. На последнем курсе одногруппников осталась ровно половина, и да, как и предполагала, я была единственной девушкой среди них. После двух лекций, на которых я находилась в аудитории одна, профессор Нарана сказала:

– Ты и так все знаешь, учить тебя нечему. Вот список книг, – она протянула мне листок, – будет время прочти, не будет – и ладно, и так поставлю тебе зачет.

Я обрадованно поблагодарила женщину, заверив, что обязательно прочту. Герре Наране последовали и остальные женщины преподаватели. У меня освободился огромный кусок свободного времени, которое можно было потратить на что-то другое.

Другого было более чем достаточно.