Армадэль, или Проклятие имени

Видя, вероятно, что я имею какое-то намерение, Мануэль шел за мною, не говоря ни слова. Как только мы укрылись за лодками, я заставила себя опять на него взглянуть.

«Что сказали бы вы, – спросила я, – если бы я была богата, а не бедна? Что сказали бы вы, если бы я могла дать вам сто фунтов?»

Он вздрогнул. Я видела ясно, что Мануэль не надеялся получить даже и половины названной мною суммы. Бесполезно говорить, что язык его лгал, между тем как лицо говорило правду, и когда он ответил мне, ответом его было: «Этого недостаточно»."

"«Положим, – продолжала я, не обращая внимания на то, что он сказал, – что я могу подсказать вам способ получить вдвое больше этого, втрое, впятеро больше, хватит ли у вас смелости протянуть руку и взять эти деньги?»

Алчный блеск опять появился в его глазах.

Голос его стал хриплым от нетерпеливого ожидания моих следующих слов.

«Кто этот человек? – спросил он. – И в чем состоит риск?»

Я тотчас все объяснила в самых ясных выражениях. Я бросила ему Армадэля, как могла бы бросить кусок мяса хищному зверю, преследовавшему меня.

«Человек этот богатый молодой англичанин, – сказала я. – Он только что нанял яхту „Доротея“ в здешней гавани, и ему нужен шкипер и экипаж.

Вы были офицером в испанском флоте, вы превосходно говорите по-английски и по-итальянски, вы хорошо знакомы с Наполеоном. Богатый молодой англичанин не знает итальянского языка, а переводчик, помогающий ему, ничего не понимает в мореплавании. Он не знает, что ему делать, не может получить помощь в этом чужом городе; он знает жизнь не более этого ребенка, который вон там копается палкою в песке, и все наличные деньги он носит при себе банковыми билетами. Вот каков этот человек! А риск оцените сами».

Алчный блеск в его глазах разгорался все сильнее и сильнее при каждом слове, произносимом мною. Он, очевидно, был готов решиться на риск, прежде чем я закончила.

«Когда я могу видеть этого англичанина?» – спросил он нетерпеливо.

Я перешла к носу рыбацкой лодки и оттуда увидела, что Армадэль в эту минуту выходил на берег.

«Вы можете видеть его сейчас же», – ответила я, указывая на Армадэля.

После долгого изучающего взгляда на Армадэля, беспечно шедшего по покатистому берегу, Мануэль отступил опять под прикрытие лодки.

Он подождал с минуту, что-то обдумывая, и задал мне другой вопрос, шепотом на этот раз.

«Когда яхта будет снаряжена, – спросил он, – и англичанин уплывет из Неаполя, сколько друзей поедут с ним?»

«У него здесь только два друга, – отвечала я. – Тот, другой джентльмен, которого вы видели вчера со мною в опере, и я. Он пригласил нас обоих ехать с ним, но когда подойдет время, мы оба откажемся».

«Вы за это ручаетесь?»

«Положительно ручаюсь».

Мануэль отошел на несколько шагов и, отвернувшись от меня, снова задумался.