Бархатистые прикосновения

А вдруг эрекция так и не возникнет у него во второй раз? Не лучше ли ей сразу сесть на его член и слиться с ним в оргазме?

Но не половое удовлетворение было для нее сейчас первостепенным делом. Она задумала нечто поважнее. Затянувшись сигаретой, Карен убрала ногу с кровати и поставила ее на пол. Обезумев от желания кончить, Синклер спросил:

– Чего ты хочешь? Говори!

– Я? От тебя? - Она передернула плечами и перевернула страницу журнала.

– Не дразни меня! Ты собираешься трахаться? Карен вытащила вибратор из влагалища, наклонилась над Синклером и провела головкой резиновой штуковины по его губам.

– А ты скажешь мне правду? - спросила она, глядя ему в глаза.

Синклер облизнул губы и хитро прищурился:

– Какую именно?

– О похищенных рисунках.

– Ты жаждешь моей крови?

– Нет. Мне не нравится, когда меня обзывают воровкой. Она потерла рукой эрогенную зону между яичками и анусом.

– Тебе следовало родиться в эпоху инквизиции. Ты бы сделала отличную карьеру, мучая еретиков, - прорычал Синклер. - Довольно издеваться, садись на меня верхом!

Карен взяла со стола мобильный телефон.

– Я хочу, чтобы ты рассказал всю правду брату. Ты сделаешь это?

– Проклятая ведьма! Как ты догадалась? Это был розыгрыш, мне захотелось его позлить.

– А заодно и заработать маленькое состояние, - уточнила Карен.

Синклер нахально ухмыльнулся:

– Ладно! Но ты сядешь на меня, если я все ему расскажу?

– Возможно, - уклончиво ответила Карен, набирая номер телефона маркиза. Услышав его голос в трубке, она сказала:

– С вами хочет поговорить Синклер.

Карен поднесла трубку ко рту Синклера. Он сказал:

– Это ты, брат? Послушай, это я разыграл тебя с картинками. Они спрятаны в западном крыле дома. Да не ори на меня! Все в порядке. Не делай из мухи слона! Хорошо, хорошо! Я сам принесу их тебе, успокойся. Не кричи, иначе тебя хватит удар.

Карен положила умолкший аппарат на столик и уселась промежностью на рот Синклера. Он принялся сосать клитор, и вскоре она задергалась в сладких судорогах. Издав сладострастный вопль, она упала Синклеру на грудь. А придя в себя, немедленно пересела на член и пустилась в такой галоп, что кровь зашумела у них обоих в ушах. Через минуту они унеслись за облака, подхваченные могучим валом неземного удовольствия.

Глава 11

Ступая по извилистой лесной тропинке, Карен шла в направлении пляжа, чтобы проститься со своим любимым местом отдыха, к которому она успела привыкнуть, пока жила в усадьбе.

Хотя виновный в пропаже рисунков и обнаружился, она все еще была сердита на Мэллори. Причиненная им боль крепко засела в ее сердце, и залечить рану ей помогало только море. Карен часто приходила на пляж и подолгу купалась, стараясь не думать о маркизе.