Бассейн с крокодилами

На стол водрузили большой фонарь, работавший на батарейках.

– У сына в автомобиле взяла, – пояснила дежурная, устанавливая источник света, – в номерах ни свечей, ни ламп керосиновых не держим – пожара боимся. Люди-то ненормальные, напьются и дрыхнут, а ты следи за ними… Если помыться хотите, Петьке скажу, ведрами воды снизу натаскает, там газовая плита есть, вмиг согреется…

Но я отказалась. В номере собачий холод, лягу спать немытая, даже зубы чистить не стану…

В семь утра позвонил Решетников.

– Билет на Москву покупать?

– Боже, – простонала я, – ну зачем так рано, ни свет ни заря!

– Как? – изумился Владимир.

 – Уже почти одиннадцать.

Ничего не понимая, я уставилась на свои часы от Картье.

– На моих пять минут восьмого.

– Так это по московскому времени, – рассмеялся Решетников.

Ну надо же, совсем упустила из виду смену часовых поясов. Во сколько же я тогда заявилась вчера к профессору в гости? Небось вытащила старика из постели…

– Есть еще кое-какие дела в Верми, останусь пока.

– Тогда сегодня вечером в театр, – бодро пообещал Володя. – Билет оставлю у портье, только не опаздывайте.

У нас спектакли начинают в шесть, потому что после девяти частенько электричество отключают.

Наверное, следовало поторговаться с мужиком из-за цены на квартирку. Небось и за семь бы отдал, вон какой любезный, Сахар Медович, да и только.

Весь день я провела в пустых поисках. Сначала отправилась в местное управление, ведающее народным образованием. Давно заметила: больших ретроградов, чинуш и бюрократов, чем педагоги, нет. Вермские сеятели разумного, доброго, вечного не оказались исключением.

Длинные коридоры местной мэрии покрывали ковровые дорожки.

Преподаватели устроились на последнем этаже. Двери кабинетов украшали таблички: «Отдел общеобразовательных школ», «Управление альтернативных методов обучения», «Отдел специализированных школ»…

Я толкнула последнюю дверь. Полная дама в громоздком мохеровом свитере грозно рявкнула:

– Ну?

До сих пор подобным образом меня встречали только в одном месте: СИЗО ь 2, в Бутырской тюрьме.

– Учительница музыки…

– Что за народ, – замахала руками тетка, чуть не расплескав стоящий перед ней стакан с кофе, – читать не умеете? Для вас таблички понавесили, все равно претесь, абы куда.

Работать мешаете, музыкальное образование дальше по коридору, надоело справки давать, глаза разуйте!

Волна злобы, исходившая от милой чиновницы, просто вытолкала меня за дверь, поэтому дверь с табличкой «Сектор музыкального образования» я приоткрыла совсем чуть-чуть и, просунув в щель голову, робко проблеяла:

– Не помешаю?

Пожилой мужчина отложил книгу и ласково ответил:

– Отнюдь нет.

Вот ведь какой милый, даже не хочется обманывать, но придется.