Бастард Винтерфеллский

– Если так произойдет… Я попрошу тебя проводить меня поцелуем огня.

Торос обернулся.

– Ты серьезно?

– Вполне.

– Ладно. Как скажешь.

Некоторое время мы сидели в молчании. Сколько бы я ни всматривался в огонь, ничего не замечал. Ни образов, ни видений.

– Ты веришь в Старых Богов? – неожиданно спросил красный жрец. Он подбросил в очаг полено, и пляшущие оранжевые языки взвились искрами, с треском приняли подношение.

– Нет.

– Как же так? Северянин, сын Эддарда Старка, и вдруг отвернулся от религии своего народа?

– Я не отвернулся. Все очень… Непросто.

– Непросто? – усмехнулся Торос. – Что ты имеешь ввиду?

Этой темы я предпочитал не касаться – вообще, но раз уж так получилось…

– Как ты считаешь – мы свободны, или вся наша жизнь определяется происками высших сил?

– Последнее, конечно, – не раздумывая ответил Торос. – Может, моя вера и слаба, но я всегда был убежден, что под всем происходящим – так или иначе, имеется замысел Владыки… Или же Великого Иного. Вера учит нас – есть только две стороны. Добро и зло, свет и тьма, и любой, кто не служит первому, так или иначе обращается ко второму. Ты и правда веришь, что все мы – я, ты, твой отец – здесь находимся случайно, не по чьей-то воле?

– Я уже давно не знаю, во что верить, – честно признался я. – И не знаю, почему нахожусь именно здесь.

– Здесь?

– … Да, здесь, – и пусть думает, что хочет.

– И что, даже никаких догадок?

Я ответил не сразу.

– Нет. Боги со мной не говорят, и видений не присылают, поэтому приходится самому искать свое предназначение.

– Что же, я могу помочь в этом нелегком деле. Мой долг, как слуги Владыки – обратить тебя и твоих людей ко свету Его, но ко всему прочему, я еще и человек – и у меня такое чувство, что с вами я добьюсь еще меньшего, чем с королем Робертом.

– Пожалуй, да. Не стоит, – я встал, и у самой двери обернулся: – Не забудь про караул.

– Не забуду.

Я вышел и прикрыл дверь… и заметил краем глаза, как во тьме почти бесшумно промелькнула маленькая тень – буквально на долю секунды, она скрылась за поворотом.

Какое-то животное… Или ребенок? Когда я завернул за угол, там уже никого не было. В другое время я бы не обратил на это внимания, но не сейчас, когда мы – беглецы. А ведь замок Веларионов мне казался вполне безопасным.

Вернувшись в свои покои, я быстро разделся и лег в постель. Я не хотел влезать в шкуру Призрака без крайней на то нужды – но сейчас не было выбора."

"Я закрыл глаза и мир взорвался – жаром камина, хлестом дождя о стекло, мышиным писком где-то за стеной... Биением сердца.

Санса спала на боку. Белая ночнушка облегала упругое девичье тело, уже начавшее округляться в нужных местах. Пышущие огнем волосы разметались по подушкам.