Бастард Винтерфеллский

Те, кто не мог сражаться – в основном, прислуга Вейона Пуля, уже спускались в подземелья. На баррикадах стояло десять латников, самых опытных бойцов гвардии. Те, кто умел стрелять из луков и арбалетов занимали позиции у окон. Везде горели жаровни для зажигания стрел.

– Ухо востро, – напомнил Джори солдатам, и бегом поднялся на четвертый этаж.

– Что там? – проговорил он, подходя к окну, которое выходило прямо над крыльцом башни. Несколько горшков с пиромантовой мочой были уложены в ящик с соломой. Их он доверил только самым аккуратным и внимательным. Джон предупреждал, что это дерьмо при неосторожности может взорваться прямо в руках.

– Сами посмотрите, – Райем отошел в сторону, давая Джори возможность выглянуть. Смотровая щель шлема ограничивала обзор, но он не решался снять его – сейчас на башню нацелены десятки стрел.

Солнце уже закатилось. Люди кишели в свете факелов, словно муравьи. Командиры зычно раздавали приказы. Несколько рядов солдат с длинными копьями и алыми ростовыми щитами полукругом оцепили крыльцо башни Десницы, исключая любую возможность прорыва наружу. Окованный железом таран размеренно бился о двери. Лучшего момента и быть не может.

– Ну что, – произнес Джори. – Пора.

Райем взял горшок и занял свое место.

– Бросай!

– Бросай! – повторили приказ по цепочке до другого края коридора.

Райем сбросил горшок за подоконник, а потом еще один – прямо на головы осаждающих. Из башни во всех направлениях полетели сосуды со смертельной горючей жидкостью. Некоторые из них вспыхивали прямо в воздухе. Джори прекрасно слышал, как они взрывались, как слились в едином хоре ужасные вопли множества человек. И все же он решил рискнуть и выглянуть наружу.

– Боги… – только и вырвалось.

Множество ярких яшмовых пятен опаляло двор – больших и малых. Строй перед крыльцом рассыпался, щиты и копья лежали на земле. Таран катился по ступеням. Пиромантова моча превратила десятки людей в живые факелы, и они беспорядочно разбежались по двору, издавая нечеловеческие вопли.

Ревущее дикое пламя с треском пожирало все, к чему прикасалось – дерево, железо, камень... Богато изукрашенная башенка королевской септы вспыхнула как лучинка. Занялось стрельбище и крыши конюшен, недавно выстроенных рядом с башней Десницы.

Эта ночь обещала быть жаркой.

Серсея

– Зачем, Серсея?

– Я сделала то, что должна была, и ты это знаешь.

Тирион, ее брат-карлик, нервно прохаживался взад-вперед на своих коротеньких кривых ножках, даже не обращая внимания на штоф вина на круглом столике. Серсея осушала уже третий бокал, но дрожь в руках не желала уходить.

– Ты могла поступить умнее. Пусть бы они уплыли. С кораблем в море может случиться что угодно, ты сама понимаешь.