Бесноватый цесаревич

Была у меня еще одна тема, которую хотел обсудить с братом. Но нет смысла вываливать на него такой поток информации. Обсудим через пару дней, как напишу доклад.

Когда мы подошли к катку, уже начало смеркаться. Но темнота никак не отразилась на энтузиазме любителей коньков, к тому же факелы давали достаточно света. Я и сам накатался от души, заодно дал несколько советов, в первую очередь дамам. На ужине наши красавицы решили, что обязательно надо залить несколько катков в столице. Я с радостью поддержал эту инициативу. Благо амуницией все присутствующие были обеспечены.

Плюс первая партия уже отправилась в лавку Астафьева. Уверен, что за первой последует еще не одна."

"2Каждое утро у меня начало походить на предыдущее. Сначала посещение взвода и уже потом, после тренировки, я уделял время гостям. Может, для этого времени такое поведение считалось неприемлемым, но я не собирался подстраиваться под чьи-то хотелки. А окружающие уже привыкли к моей эксцентричности и подозревают, что мне наплевать.

Дела роты я переложил на Томаса. Тем более, кроме караулов и патрулирования, никаких мероприятий не было.

Единственное изменение, я приказал осваивать штыковой бой. До меня активных тренировок такого плана просто не проводилось, в нашей роте точно. Выделили нескольких умельцев из старослужащих, которые получили задание возглавить обучение, и солдаты методично лохматили мешки и чучела из соломы старыми и непригодными ружьями с такими же штыками. Хорошо быть сыном императора. С полковником и затем с интендантами удалось договориться о выделении всякого неликвида. Не из дерева же макеты ружей вырезать, обучение должно быть максимально приближено к бою.

Еще мы с офицерами роты озаботились формой и обувью солдат на весну и лето. Я давно всех предупредил, что как потеплеет, начнем тренироваться, в ответ получил вопрос: как быть с формой и обувью? Она со временем изнашивается и стаптывается. Как оказалось, запасные комплекты личному составу никто выдавать не собирался, оттого и возникали часто проблемы. Солдаты тренировались чуть ли не в исподнем, всякой рвани и лаптях. Артельная казна, конечно, могла помочь бедолаге, у которого развалились сапоги или оказалась совсем гнилая форма.

Но закупать на артельные деньги амуницию для всей роты никто не собирался. В основном деньги шли на дополнительное питание и необходимые в быту вещи. Мундир солдату выдавался на год, башмаки тоже, теплая одежда на два. Остальное по мере сил покупалось на артельные деньги.

Офицерам было сложнее, они в исподнем и рванине служить не могли, так что на мундиры тратились очень солидные суммы. Такой подход армейского руководства вызывал у меня просто бешенство. Но пока изменить ситуацию я не мог.