Бесноватый цесаревич
У тридцатипятилетнего Константина Романова на ровном месте развалилась привычная и спокойная жизнь. Сначала ушла жена, забрав дочек, затем он потерял работу. В дополнение ко всему его сбила машина. И очнулся он уже в совершенно иной эпохе. Здесь его тоже зовут Константин, и фамилия прежняя. У него даже есть семья. Да еще какая!
Путевой дворец и прилегающая территория были образцом порядка в слегка разгильдяйском облике города. Вычищенные от снега и посыпанные землей дорожки радовали глаз. По моему приказу вдоль ограды и на будке были повешены масляные фонари, которые зажигали на ночь. Глядя на меня, многие высокопоставленные и богатые люди города стали копировать новинку. По нашей части Новгорода можно было перемещаться и ночью. Расположенная с другой стороны Волхова площадка с качелями и горками теперь не пустовала дотемна, там тоже постоянно горел свет. Там фонари повесили уже по указанию градоначальника, без всяких подсказок.
Гостем оказался купец первой гильдии Павел Лебедев-Ласточкин. С виду весьма благообразный мужчина лет сорока. Хотя с привычкой купцов носить бороды иногда определить возраст было затруднительно. Из доклада Волкова узнал, что человек он деятельный и весьма авантюрного характера, с очень непростой биографией. Да и не может сибирский купец и воротила в это время быть добрячком.
После процедуры знакомства я по своей привычке сразу приступил к делу.
– Говорить буду прямо, поэтому предлагаю не воспринимать мои слова как оскорбление.
Если гость и был удивлен, то постарался этого не показывать.
– Вы полностью проиграли Шелихову и его наследникам, и вас уже вытеснили из Сибири. В Сенате благосклонно относятся к идее объединить деятельность купеческих компаний в одну для дальнейшего освоения Аляски и Америки. А это значит, что в ближайшее время будет основана Русско-Американская компания по типу английских и голландских Ост-Индийских. Заправлять в новой организации будут наследники Шелихова и их компаньоны.
Гость опять остался бесстрастным. Умеет владеть собой, этого у него не отнять. Разве что заходившие желваки на скулах выдали его внутреннее напряжение.
– Вы же для чего-то хотели меня видеть, ваше высочество? Значит, не все так плохо, – произнес Лебедев-Ласточкин с улыбкой.
Голос у него был глубокий и приятный. Наверняка поет он тоже хорошо. Обаятельный делец, что можно сказать. Насколько я понял из доклада, кредиторов сейчас у него хватает.














