Без любви не считается

 – Точно! Как я сразу не догадалась?! Вот это непруха, дружище!

– Все сказала?

– Не-а, – Диана продолжает забавляться: – А минет ты попросить не додумался?

– Ну, вообще-то додумался, – цежу сквозь зубы и тут же жалею, что повелся на провокацию.

Чем мы тут меряемся? И главный вопрос… на хрена?! Диана на секунду замирает, веселье сползает с ее лица.

– И как? – она понижает голос, будто собирается наложить на меня проклятие. – Она достаточно хороша?

– Смотря с кем сравнивать.

Диана натянуто улыбается, кажется, еще секунда и она вцепится мне в глотку. Сердце стучит, как сумасшедшее, и я жду.

Жду ее следующего шага или слова. Ничего не могу с этим поделать.

– Ты ревнуешь, – с выворачивающей наизнанку нежностью произношу я, сам не понимая откуда это берется.

– Да! – выкрикивает Диана, распахивая глаза шире. – Да, Марк! Я ревную! И у меня достаточно смелости, чтобы в этом признаться! Как тебе такое?! Впервые видишь, наверное! Страшно тебе?! Честность вообще опасная штука!

Ее заявление, как удар ребром ладони по горлу. Открываю рот, но не могу ничего ответить, и Диана пользуется моментом, чтобы встать ко мне вплотную.

Она задирает нос и тяжело дышит, взгляд прожигает и парализует.

– Я ревную, потому что ты нравишься мне. Потому что хочу тебя. И ты чувствуешь то же самое, доказательств у меня уже целый вагон. А все твои принципы не больше, чем трусость маленького мальчика, который боится, что кто-то обидит его нежное сердечко. Вот так, Марк. Не такой уж ты и загадочный.

– Что ты несешь? – хрипло выдавливаю я.

– А что такое? Хочешь поспорить? Ну давай! Скажи, что я не права. Скажи, что не думал обо мне всю эту неделю, что тебе все равно, где я была после клуба.

Скажи, что не представлял меня, пока эта девчонка сидела у тебя между ног! Убеди, и я даже на колени встану, чтобы извиниться! Будет тебе сегодня двойная радость!

В горле сухо, пальцы на руках сводит, а грудь горит. Дым от пожара между нами забивает легкие, мешая дышать. Диана показывает зубы. Настоящая хищница, но во взгляде обида, которая ранит непростительно глубоко.

– Спокойной ночи, Марк.

Она уходит, и я стою неподвижно несколько секунд, будто пытаясь оправиться от ударов. Это Диана мне про честность говорит? Она?! Стремительно шагаю в маленькую гостиную.

– А ну стой! – кричу я.

Диана преспокойно шагает вверх по ступеням и показывает мне средний палец, сгибая руку в локте. Стук сердца грохочет в ушах, пульс на пределе. Сама напросилась!

– Стой, я сказал!

Бросаюсь за Дианой, она круто разворачивается и тычет пальцем мне в нос.

– Значит, так, командир! Послушная я только в постели, и то, если захочу. Поэтому все приказы можешь запихнуть себе…

– Ты охренела?!

– И уже давно.