Безупречная жена

– Значит, – спросил он, старательно придавая лицу спокойное выражение, – вальсируя с кем-то другим, вы не чувствуете, что можете сделать что-то вызывающее?

Антония хмуро взглянула на него:

– Конечно нет! – Она внимательно всмотрелась в его лицо. – Я думала, что справлюсь с этим, но… – Несчастная девушка неопределенно махнула рукой. Филипп перехватил ее ладонь и, дождавшись, пока она посмотрит ему в глаза, медленно поднес ее к губам. Он смотрел в ее большие глаза, ощущал в своей ладони ее тонкие пальчики и чувствовал, что демон-искуситель уже совсем близко.

– Джеффри сказал, что вы порекомендовали ему полностью полагаться на мои советы.

 – Он выгнул бровь. – А вы сами готовы безоговорочно довериться мне?

Ее глаза омрачило сомнение, и впервые за весь разговор Филипп выказал нетерпение.

– Я вообще-то уже не первый год танцую вальсы на балах.

– Я это знаю. – Антония перевела дыхание. До нее вдруг дошло, что сейчас речь идет совсем не о вальсах. – Но…

Филипп, удерживая ее взгляд, снова поднес ее руку к губам и нежно коснулся кончиков ее пальцев. Он с легкостью почувствовал ее предательскую реакцию, которую она постаралась скрыть.

– Верьте мне. – Он понизил голос. Я не дам вам ошибиться. – Он смотрел на нее пристально и твердо. – Вы мне верите?

Последовала пауза, хрупкая, как стеклянная пряжа, и нескончаемая, словно сама вечность. Антония, затаив дыхание, слышала каждый глухой удар собственного сердца.

– Вы же знаете, что верю.

– Тогда закройте глаза. Настало время для нового урока.

Помедлив, Антония послушалась.

– Представьте, что мы находимся в бальном зале в Рутвен-Хаус.

Она почувствовала, как рука Филиппа легла ей на талию, а другая сжала пальцы.

– Вот Джеффри играет нам на фортепиано…

Она сдвинула брови:

– Но я слышу скрипки.

– Он привел себе на помощь друзей.

Он поднял ее руку, крепче обнял за талию.

– Ох, Филипп… – Она уже совсем потерялась.

– Доверьтесь мне.

Секунду спустя они закружились в вальсе.

– Не открывайте глаз. Помните, что мы в Рутвен-Хаус и рядом никого нет."

"Антония конечно же прекрасно помнила, где они находятся на самом деле, прохладный ночной воздух освежал ее обнаженные матовые плечи, легкий ветерок играл с юбками. Но Филипп крепко держал ее, и с закрытыми глазами ей ничего не оставалось, как расслабиться и послушно следовать за ним.

Она словно издалека слышала приглушенный говор и смех, музыканты продолжали играть. Они все кружились, Филипп тесно прижимал ее к себе, и прежние ощущения снова захватили ее. Но теперь она избавилась от необходимости контролировать себя и уже не боролась с ними, но всеми силами ловила блаженство момента.

Филипп, глядя на ее лицо, видел, как приподнялись уголки ее губ, и сам понимающе улыбнулся.