Блонди и Медведь (СИ)

Я не готова еще к знакомству с родственниками! Мне и так Беровых хватает. Со всех сторон окружили!

«Не суетись, Милена! – останавливает нарастающую панику здравый смысл. – Тебя к бабке на пирожки как туристку везут».

«Лишь бы самой пирожком не стать!» - просыпается в душе циник и готов юморить по-черному.

«НеСсы!» - вспоминаю древне-китайскую мудрость. И приободряюсь немного. Ничего. Прорвемся. Это всего лишь чай и пирожки. Согреюсь и обратно в отель.

Но когда сани тормозят около большого бревенчатого дома с узорчатыми ставнями, ярким флюгером-петушком на крыше, меня снова начинает трясти.

На крылечко выбегает шустрая старушка с седыми кудрями. В брючках и модном широком свитере она кажется в миг постаревшей девушкой. Фигура, волосы как у молодой, а вот под глазами добрые морщинки, выдающие возраст.

- Мои дорогие! – кричит бабулька. – Как же рада! Почему с утра не позвонили? Я бы пирог испекла…

- Да у тебя всегда что-то вкусненькое припасено, - целует румяную щеку Лука. Рядом прыгают дети. А Захар помогает мне выйти из саней.

- Знакомься, ба! – тоже прикладывается к святыне. – Это Блонди…

- Милена, - морщит нос Лука.

– Наша гостья, ба.

- Вот по шее бы вам надавать, - качает головой старушка. – Гостей везете, а предупредить?

- Как вообще дела? – входит в дом Лука, не обращая внимания на нотации. Он и здесь главный. Против него не попрешь. И даже Алиса это признает. Идет рядом, что-то рассказывает. Следом бегут Потап и Мишка. Захар подталкивает меня к дверям. Но я мешкаю. Сугробы в гости не ходят.

- Я вытрясу твою куртку, - предупреждает меня Захар. Помогает снять заснеженный пуховик.

- Ой, да ты мокрая вся! – обернувшись, восклицает бабулька.

Вздрагиваю, будто меня поймали на месте преступления.

Мокрая. Захар за руку подержал и я готова.

- Переодевайся, живо! – возвращаясь, командует старушка. – И носки снимай сейчас же, - ворчит завидя мои мокрые ноги.

- Проходи вот сюда, - кивает на дверь. – Я тебе сейчас все принесу. А мальчики пока чай поставят, - многозначительно смотрит на Захара.

«Мальчики».

От простого нехитрого слова на душе становится легко и весело. Для нее Беровы – мальчики. Большие и маленькие. Внуки и правнуки.

- Надевай, надевай, - хлопочет старушка, подавая мне свитер толстой вязки и тонкие шерстяные носки.

– Мокрые вещи около печки положи, - кивает на изразцовое чудо, примостившееся в углу. - Где же тебя угораздило так в снегу вываляться? Или парни мои подшутили? – оглядывает она мои мокрые волосы.

А я мысленно благодарю бога за то, что хоть штаны менять не приходится.

- Из саней выкинуло на повороте, - вздыхаю тяжко.

- Так поэтому Захар Димке глаз подбил? – хихикает старушка, ставя на резной деревянный стульчик валеночки, похожие на те, что дала Варвара.

- Нет, не Захар, - роняю легкомысленно. – Лука.