Боец. Лихие 90-е

Лично я ничего никому не обещал, не говорил и должен не был. А вот как дела обстояли у моего реципиента… Вполне возможно, что он что-то ляпнул, не подумав. Вероятность этого повышается, учитывая, что эти два гопника знали Сергея лично. Оно ведь как, за язык никто никого не тянет, но если ты сам молодец и что-то кому-то обещал, то слово надо держать. Ну в смысле «за базар отвечать». Я сам, забегая вперед, всегда ценил только два качества — обязательность и пунктуальность. Сказал — сделал, конкретно к тому времени, которое сам же обозначил. Оговорки, отмазки и оправдания при таких вводных — мимо. Хотя не исключаю, что слесаря, а теперь меня по наследству, просто пытались припугнуть и взять на понт. Оставалось понять, чего они хотели.

Я, уже не в первый раз за сегодня, решил включить дурачка и ответил:

— Я работяга вон с того завода, — кивнул в сторону проходной «Роствертола». — На базар не хожу, в магазине еду покупаю.

— Не понял, Солома, это шутка такая? — покосился безрукавочник на собеседника.

— Не смешно, — сухо ответил тот, приспустил очки на переносицу и посмотрел на меня своими въедливыми глазками. — Ты походу с первого раза не врубаешься?

У-у-у… вмазанный. Глаза-то у Соломы красные, очевидна тяга к каннабиоидам. Поэтому и очки носит, чтобы беспалевно.

— Чего не понял? — также сухо ответил я. — Объясни, о чем речь и попытаюсь понять.

— Непонятливый походу, Леван?"

"Мои собеседники снова переглянулись, видимо решая, что со мной делать. Леван, который безрукавочник, похоже обладал взрывным нравом. Резким движением левой руки схватил меня за шею, одновременно притягивая к себе. Я движение видел, будь в форме получше и среагировать успел бы. Но сейчас лишь согнувшись пополам потопал ведомый Леваном к «восьмерке». Пока жизни ничего не угрожает, торопиться не буду, проблемы не нужны, хотя не самое приятное, когда тебя вот так таскают за шиворот.

Меня подвели к машине, Солома открыл багажник.

— Еще раз косого выкинешь и поедешь в лесополосу, — пригрозил он.

Леван, видимо для большей натуралистичности, попытался сунуть меня лицом в багажник, как нашкодившего котенка в туалет. А вот это уже перебор — там лежали перепачканные в масле тряпки и воняло каким-то дерьмом. Я вывернулся, смахивая руку с затылка.

— Руки держи при себе, не баба, чтобы мацать, — процедил я. — И запугивать меня не надо, пуганный.

Мой пируэт поставил Левана и Солому в тупик. Первый в карман зачем-то полез, не исключаю, что за кастетом. Второй очки снял. К драке готовились. Я попятился, думая уже в боевую стойку становиться. И не знаю, как бы развивалась ситуация дальше, но из общаги вышел вахтер. Старик за семьдесят, на груди ордена, в том числе медаль «За взятие Берлина». В руках он держал пистолет, явно затрофеенный.