Большие Песцовые радости

— Ты считаешь, что там что-то нужно менять?

Если честно, я даже представить не мог, куда Беспалова собиралась впихнуть эти идиотские диванчики. Не иначе как напротив Прокола — там единственное более-менее незасаженное место. А что, удобно: сидишь, любуешься растениями, а тебе еще и бесплатное кино показывают с открытием Прокола и выходом оттуда. Нет, как только построим здание для Шелагина — пусть переселяются всей толпой туда и устраивают там по своему разумению. И диванчики, если желание не пропадет, пусть тоже выставляют там.

— Если честно, я была против, — вздохнула Таисия.

— Потому что мне кажется, что в этом доме что-то менять — только портить. Но я совсем не про это собиралась говорить, в конце-то концов. Я про то, что мне почудилось что-то странное в оранжерее. Как будто пространство исказилось. Мне даже сложно объяснить, что именно я почувствовала. Но там что-то не так было.

Что там было не так, я знал, но не проявить заинтересованность не мог.

— И как долго было что-то не так?

— Буквально пару секунд, — отчиталась она. — А потом опять все спокойно стало. Я маме сообщила, но она отмахнулась и сказала, что не надо вас беспокоить из-за ерунды.

— Это как бы безопасность, а не ерунда, в отличие от диванчиков. Спасибо, это очень ценная информация.

— Правда? — обрадовалась она.

«Правда, правда. Особенно про диванчики, — съехидничал Песец. — Но то, что девочка чувствует искажения пространства, — это очень интересно. Из таких всегда получаются прекрасные портальщики. Короче, маму надо выставлять, а дочь нам пригодится».

Я уверил Таисию, что мне было очень важно это услышать и что направлю специалиста в оранжерею для проверки.

Специалиста я действительно собирался отправить. Правда, вставал вопрос: снимать фильтр с запаха до его прихода или после? С одной стороны, легенда будет достоверней, а с другой — человека реально жалко. Ему же замерять все придется в респираторе. И то не факт, что одежду потом удастся где-то использовать. Запах был не только вонючим, но и ужасно въедливым. Увы, другого варианта отвадить Калерию Кирилловну от оранжереи я придумать не мог. Включу фильтр опять, когда посторонние оттуда уберутся.

— Тась, если вам что-то хочется поменять, меняйте в своих комнатах, — предложил я, решив смягчить возможную грубость от моей реакции при известии, что в оранжерее планируют что-то размещать.

— Правда можно? — обрадовалась она. — А то оно красивое, но одинаковое. Как в гостиничных номерах.

Я чуть было не ляпнул, что это и есть гостиничные номера для элитных отелей Древних. Вместо этого сказал:

— Просто закупались одинаковые наборы для меблировки. Мы торопились сделать дом пригодным для жилья, не до индивидуальности было.