Большие Песцовые радости

— Павел Петрович, как вы поняли, проблема реализации решена. У меня в подчинении есть целительский род, они шелк возьмут.

— Весь?

— Обговорите это с Дариной.

— Глава рода?

— Нет, но имеет право решающего голоса. Если начнет наглеть или будут проблемы с оплатой, тогда звоните мне. Но я думаю, что проблем не должно возникнуть.

— Не должно, у нас качественная продукция.

— Надеюсь в этом убедиться на образце из того материала, который я привез.

— Сделаем. Я уже отправил сообщение нашему специалисту, он скоро подойдет, потому что нельзя, чтобы волокно высохло окончательно.

— Вы специалисты — вам и карты в руки.

— Все сделаем в лучшем виде.

После решения вопроса с деньгами директор фабрики волшебным образом перестал потеть, из его глаз исчезло затравленное выражение, а главный бухгалтер просто сияла от счастья. Так что ужин, похоже, нужен был для решения финансовых вопросов, а не только для того, чтобы меня задобрить.

— Пора на выход, — прошептал невидимый Греков.

Я выразил сожаление, что мне уже необходимо уезжать, и поднялся. На лицах ужинавших со мной людей отразилось облегчение, но они начали уверять, что им тяжело со мной расстаться.

Мне еле удалось вставить слова прощания в тот поток, что на меня полился.

Удирал я оттуда быстро, Глюк за мной еле успевал. Я обратил внимание, что хотя я и вел его на поводке, но тот не натягивался, то есть щенок шел ровно рядом с моей ногой, хотя я его этому не учил.

В машине он вспомнил, что неплохо было бы поесть, после чего уснул в лежанке, которую я предусмотрительно взял с собой и с трудом впихнул между собой и Грековым так, чтобы не демаскировать последнего.

Ехали мы по заранее согласованной дороге, и, когда оказались максимально близко к заинтересовавшему меня участку, я скомандовал остановиться."

"— Что-то мне дурновато после этого ужина, — сказал я охраннику. — Я прогуляюсь до лесочка. Со мной идти не надо.

— Моя обязанность…

— Присмотрите за Глюком, — скомандовал я. — За себя я могу постоять сам.

Мое желание выглядело странным, поскольку до лесочка утоптанной тропки не было, а вот снега уже хватало. Но мне нужно было скрыться с чужих глаз, прежде чем начну применять свои умения.

Если уж Греков показывает, что не до конца доверяет этим сопровождающим, то и мне не стоит.

Я медленно побрел через снежную целину, старательно делая небольшие шаги и прижимая руку к животу.

— Илья Александрович, вам нехорошо? Давайте я пройду с вами! — крикнул мне в спину охранник.

— Со мной все нормально. Я ненадолго до лесочка — и назад. Или как получится. Может, и надолго. Стоите, ждете, — жестко ответил я.

Пищевое отравление — прекрасный повод прогуляться до заснеженных кустов.