Босиком по пеплу. Книга 3

Из его груди рвется едва различимый рык, когда взор Мира ловит мое учащенное дыхание и заострившиеся камушки в эпицентре набухших ореол. В ответ на картину моего откровенного вожделения, Ран собирает в кулак волосы на моем затылке и тянет всю вверх на себя, к своему лицу, заставляя меня привстать на цыпочки. Барная столешница, разделяющая нас, больно врезается в мои ребра. Холодная преграда не мешает мне ощутить безумный коктейль эмоций от жесткой, разрушающей близости.

— Именно, Амиран. Именно я буду указывать, что тебе делать, — выдаю по слогам в изумленную физиономию мужа.

Хватка в моих волосах ослабевает, и воспользовавшись форой, я подношу виски к губам и специально пью так, что содержимое стакана сексуально стекает ручейками на моей шее, груди, ныряет в вырез халата. Пока Амиран ошеломленно наблюдает за моей эксклюзивной шоу-программой, я, пользуясь моментом, выбиваю из руки мужа стакан с явно лишним алкоголем. Следом, не сводя с мужа воинственного взгляда, сталкиваю со столешницы неполную бутылку.

— Избавляю тебя от соблазнов, любимый, — вторая закупоренная бутылка тоже летит на пол.

Аккомпанементом к моему сольному выступлению служит лязгающий и дребезжащий звук бьющегося стекла и гневное рычание Амирана.

— Будешь ждать, пока не разобью к черту весь мини бар?

— Ты совершенно спятила? — с шипением выдыхает около моих губ Амиран.

Горячее дыхание мужа леденит и будоражит кровь одновременно. Все тело будто иглами кайфа пронзает от его близости. И молниями страха буравит насквозь всю, когда в глаза смотрю его буйные, потемневшие, обезумевшие.

— Повторим наш танец, Амиран? — надеюсь, он не забыл, насколько опасна я бываю с заостренным предметом в руке.

Схватив с барной стойки осколок от бутылки, выставляю его между нами, в целях самозащиты.

— Меня больше не интересуют твои танцы, Алиса, — Амиран резко отпускает меня."

"Делает пару шагов назад, вновь встряхивая головой, словно пытаясь очнуться. Надеюсь, таким образом прогоняет алкогольного демона, что буквально дышит ему в спину.

Смело иду вперед, огибаю барную стойку и неумолимо наступаю на него с зажатым в руке осколком, до тех пор, пока Амиран не натыкается на кресло и не падает прямо в него.

Не растерявшись, эмир вальяжно опускает кисти рук на подлокотники. С силой сжимает их, широко расставляя ноги, занимая расслабленно-царское положение. В этом ему не откажешь — мой муж в любой ситуации умудряется держать лицо.

— Врешь, Амиран, — утверждаю я. —  Зачем? — кончиком языка пройдясь по нижней губе, задерживаю на напряженном прессе и широкой груди Амирана свой голодный взгляд.

Тигрица загнала льва в клетку.