Босиком по пеплу. Книга 3

Как тебе такое, царь зверей? Готов сдаться или поиграем еще?

— Ответь сама — зачем? — поджав губы, он сверлит меня горящим взглядом. — Тебе не стоило приезжать. Это безумие, Алиса. В тебе нет ни капли здравого смысла.

— Для тебя это откровение? — спрашиваю с вызовом.

— Нет, я давно не жду от тебя взвешенных решений.

К черту все.

Я не нуждаюсь в приглашении, чтобы оседлать своего мужа.

Что я и демонстрирую Амирану, бесцеремонно и откровенно забираясь на его бедра сверху. Теперь они находятся между моих разведенных коленей. Иллюзия того, что я фактически уложила его на лопатки, слегка кружит голову.

— Ты ждешь, Мир, — тихо замечаю я, едва ли не забыв про осколок в руке и слегка царапнув им Амирана. — Я чувствую, как сильно. Мои невзвешенные решения тебе очень даже по вкусу.

— Ты угомонишься или нет, женщина? — хрипло интересуется Амиран, немного путая произношение английских букв.

— Я спокойна, — скидываю осколок на пол от греха подальше и возвращаю все свое внимание к Миру. — Кроме тех минут, когда думаю о том, чем ты все это время занимался с другой…. Четыре месяца, Амиран. Ты понимаешь, какая это адская пытка? — признаюсь я, провоцируя его на эмоции.

Я почувствую правду, любую, какой бы она ни была. Болезненный, лихорадочный блеск его глаз вопит: он понимает.

— Алиса, — рваный вдох выдает его с головой.

Он понимает. Ад и пепел…

Зачем?

Мой упрямец. Так кто из нас безумец на самом деле?

Сердце срывается на дикий галоп, когда я снова слышу вылетевшее из его уст имя.

— Я здесь, Амиран, твоя. Всегда, — льну к мужу всем телом. Провожу языком по треугольнику между ключиц, скольжу по выраженной и вздувшейся вене на шее. Его пульс учащенный, чертовски неровный.

Касаюсь кончиком гладковыбритого подбородка, пытливо подбираясь к полным губам. Соскучилась по ним так, едва ли смогу от них оторваться.

— Тебе нельзя здесь находиться, Алисия, — Амиран отворачивается, непреклонно отказываясь от моей ласки. Сердце болезненно сжимается, словно осколок с пола взлетел и стрелой попал в одну из важнейших артерий. — Я распоряжусь, чтобы тебя доставили на яхту отца, сохранив инкогнито, — следом за этими словами, Мир опускает взгляд на свои часы, намереваясь вызвать охрану.

— Нет, — резко накрываю ладонью его запястье.

— Подожди. Не гони меня снова.

— Не могу, Алиса, — в его глазах снова нечитаемое выражение, в голосе — сталь.

Я почти верю тебе. Но сегодня я дожму тебя до конца.

— Можешь, Мир, — в очередной раз не поверив его блефу, полушепотом настаиваю я. — Ты сам сказал — твой день. Делаешь, что хочешь… — чувственно и искушающе улыбаюсь. Он хмурится, с подозрением наблюдая за моим лицом.

— К чему ты ведешь?

— Делай, что хочешь, Амиран, — согревая его губы дыханием, шепчу я. — Со мной.