С Новым Гадом

 — Опусти и сожми, — здесь что, блин, камеры?! — Лена?

Дурацкие приказные нотки и итог-я реально сжимаю свою грудь. Кому скажи-не поверят. Хотя, о чем я? Я сама не верю в это.

— Умничка. А теперь сожми пальчиками сосок. Давай, Леночка, тебя никто не видит.

Дебилизм, дебилизм, и еще раз дебилизм! Видимо я реально слабоумная, раз ведусь на это и… начинаю трогать свой сосок. Докатилась… Вообще-то не такая уж я и ханжа, и свое тело я трогала не раз, и не два. Но ведь одна, а не по телефону с кем-то.

- А теперь, не прекращая трогать свою грудь, опусти одну руку вниз и не сжимая ног, доведи ее до клитора.

Нет, это точно не сон! Сердце барабанит как сумасшедшее от одного только голоса Вадима. К щекам неосознанно прилила кровь, хотя ничего такого я еще не сделала. Где-то там внутри я еще борюсь с тем, чтобы не делать это по чьей-то указке, да еще и по телефону. Но это до того момента, пока не услышала очередные слова:

- Прижми пальчики к этой точке. Давай, Леночка, ты же не трусливая девочка. Делай, — жестко произнес он, от чего я в очередной раз как загипнотизированная протянула руку вниз и скользнула под резинку трусов. Черт возьми, я реально это делаю! Закусываю губу, чтобы только не пискнуть, хватит и так ненормального дыхания. — Лена, я хочу, чтобы ты кончила, а не раздумывала о том, что ты делаешь что-то плохое. Давай, медленно води пальчиками круги, не сильно нажимая, продли этот момент подольше.

Меня реально бросает в жар, то ли от его слов, то ли от собственных действий, но результат на лицо. Я уже не думаю о том, как это все странно выглядит со стороны, теперь я в водовороте собственных действий, которые имеют свойства приводить к конкретному исходу.

- А теперь ускоряйся, Леночка, скользи пальчиками быстрее, — черт, черт, черт! Ну зачем он это говорит? Ай… плевать… двигаю пальцами сильнее, снова и снова, пока не слышу:



— Давай, кончай, моя хорошая.

Да чтоб тебя! Парочку движений и вуаля. Блин, неужели я это реально только что делала? Бред… Пытаюсь унять свое бешено бьющееся сердце, ровно, как и тяжелое дыхание, и наконец-то открываю глаза. Спасибо тебе свет от люстры, что окончательно дал понять-это не сон. Какой позор… И ведь он точно знает, что я тут делала и не притворялась. Шесть дней! Шесть дней знакома с мужиком.

— Лен? — тяжело дыша произносит Вадим. — Я бы очень хотел, чтобы это было подольше, да и еще много чего сделать, но… у меня назначена встреча, вот уже как пять минут назад. А мне стояк еще надо унять как-то.

Понять не могу, что меня больше всего злит. То, что я трогала себя под чью-то диктовку и сейчас сгораю от стыда или то, что тот, из-за кого я это делала, уходит в пол девятого на какую-то важную встречу. Ну и ГАД же!

— Леночка?

— Что? — зло выпаливаю я.

— Пипиркой клянусь, у меня рабочая встреча.