Брак поневоле

Вы, насколько я понимаю, прежнюю хозяйку не застали? Пришли вместе с новой? Вот так и появляются слухи. Всего хорошего. Если вы мне понадобитесь, я вас позову.

Наталья недовольно поджала губы, но покинула спальню.

Я огляделась: комната была выполнена в светло-серых тонах с вкраплениями нежно-изумрудного цвета. Изумительное сочетание, очень воздушное, лёгкое. Во всех вещах чувствуется вкус их предыдущей хозяйки.

Владлен мне почти ничего не рассказывал о своей родной матери, она погибла в автокатастрофе, когда ему исполнилось восемь лет. А отец довольно быстро нашёл себе замену в лице Тамары.

Собственно говоря, судя по тому, что у Егора и Тамары был общий сын Никита возрастом младше Влада на семь лет, Тамара появилась в любовницах у Громова-старшего ещё при жизни матери Владлена.

Я открыла дверцу шкафа: даже некоторые платья всё ещё висят на плечиках вешалок. Зачем Владлен поселил меня именно сюда?.. Я постаралась абстрагироваться от мысли, что мне здесь не место, и прошла в ванную комнату. Там я немного расслабилась, принимая душ.

Сердце всё ещё заходилось от тревоги за сестру и ожидания, чего, на самом деле, хотят от меня шантажисты… Я провела в душе не менее получаса: почему-то не хотелось покидать светлое помещение с яркими софитами. Замотавшись в полотенце, я вышла из спальни и едва не споткнулась: в спальне было темно. Кто-то погасил свет.

Внезапный комок страха сжал моё горло. На мгновение мне почудилось, что я вижу, как под люстрой покачивается тело матери Владлена, пытающейся свести счёты с жизнью. А потом в полутьме я заметила тёмный силуэт.

Кто-то двигался в темноте…

Глава 21. Алиса

Я изо всех сил сжала пальцами косяк и не могла пошевелиться, тяжело и часто дыша. Это не может быть реально, убеждала я себя. Но у наших страхов отсутствует здравый смысл. Наши страхи – иррациональны, они могут возникнуть почти на пустом месте. Они могут вырасти в ужасающего монстра от случайно услышанного слова. Семена страха всегда найдут благодатную почву и подходящее время, чтобы стремительно прорасти и обвить шею ядовитой удавкой…

– Чёрт!.. – послышалась лёгкая ругань.

Моё оцепенение растворилось почти без следа. Я двинулась влево и щёлкнула кнопкой настенного бра. Сухой щелчок – и ничего не произошло.

– Кто вы? И что вы здесь делаете? – спросила я. Отошла вновь к двери ванной комнаты и распахнула её, впуская в тёмную спальню сноп света.

В комнате я увидела женщину лет тридцати пяти в тёмно-синем платье с белым передником.

– Извините, пожалуйста. Я – Мария. Меня послали, чтобы я принесла вам халат и свежие полотенца. Но как только я вошла в спальню, почему-то свет в комнате перегорел. Ох, я едва от страха не померла! – запричитала женщина, приложив руку к груди. – Я положила полотенца на кровать.