Будь моей Брейшо

Но с другой стороны, у меня была моя семья, были цель и место в жизни, и Перкинс, надо признать, позволил сохранить все это, когда мир вокруг был уродлив.

А сегодня он появился с тревогой о Виктории, он готов был помочь, и когда я позвонил ему, он бросил трубку и побежал спасать Зоуи.

И он защитил меня, в прямом смысле – отдал за меня свою жизнь. Разве это не любовь?

Зоуи пришла в этот мир, потому что ее мать позволила это. Не хотела – но позволила, а ведь могла не поддаться на уговоры Виктории, и поэтому я благодарен своей бывшей девушке, сколь бы ни была уродлива ее душа. Будет ли моя дочь задаваться вопросом, когда вырастет, почему мать оставила ее? Предполагаю, что будет, но я сделаю все, что в моих силах, чтобы она никогда не страдала из-за этого. Я люблю ее бесконечно, буду любить всегда, и я не сомневаюсь, что Виктория так же будет любить ее – всегда.

Я наблюдал за ними вместе и эгоистично отметал то, чему был свидетелем, но теперь все встало на свои места.

Наши с братьями матери были убиты, когда мы только-только начинали свою жизнь, но все, что нам было нужно, все, в чем нуждаются дети, мы получили от мисс Мейбл. Но Зоуи повезло еще больше: любовь и утешение она получила еще до своего рождения, и от кого – от девушки, которая хотела стать Брейшо, но для этого ей пришлось пройти ужасные испытания. Дерзкая, мятежная блондинка, которую я, возможно, пропустил бы, если бы она сама не встала передо мной; но в ту секунду, когда она это сделала, что-то во мне и правда шевельнулось.

Виктория любит ее, как дочь, а Зо-Зо, надеюсь, будет доверять ей, когда не сможет доверять мне; и я не сомневаюсь, что моя маленькая девочка будет ругаться с Викторией, когда не сможет добиться своего, но это естественно, и Виктория знает, как решать такие проблемы.

Вместе мы будем защищать Зоуи, научим ее быть сильной и независимой, и мы поможем ей стать, кем ей суждено стать, хотя, конечно, это будет ее выбор.

Виктория смотрит на меня снизу вверх, карие глаза такие мягкие и открытые. Моя рука погружается в ее мокрые волосы. Я отвожу ее голову назад, и губы Виктории приоткрываются. Большим пальцем обвожу их, и она закрывает глаза.

– Твои губы, – шепчу, наклоняясь. – Я мечтал о них, представлял, как они встречаются с моими…

Ее рука поднимается, чтобы схватить меня за запястье, глаза дикие.

– Что же тебе мешает?..

Мой член снова наливается горячим желанием, а она еще больше запрокидывает голову. Она готова…

Моя…

Пульс окончательно выходит из-под контроля, предвкушение пробегает по моему позвоночнику радостной дрожью. И вот наконец мои губы прижимаются к ее губам.

Виктория вздыхает, кажется, что ее легкие расширяются, вбирая все больше и больше воздуха, когда я смыкаю свой рот вокруг ее.