Букелларий

Глаза с желтоватыми белками и черными зрачками смотрели на меня с обидой и удивлением, словно я не оправдал надежды, хотя ждали от меня сущую ерунду. Узкие губы, черные с синеватым оттенком, подрагивали. Именно по ним я и врезал во второй раз с такой силой, что чуть не выронил шестопер. Взбесил меня этот подлый бербер. С коня он упал быстро, однако пальцы левой руки застряли под повод, сплетенным из рыжеватых конских волос и надетым на шею саврасого мерина. Изнутри нижние две фаланги были более светлыми, будто черная краска стерлась о туго сплетенные волосины. Я забрал его лук, довольно приличный для берберов, которые никогда не были хорошими стрелками, и колчан со стрелами. Буду использовать их на охоте.

Сбежать удалось лишь паре десятков берберов, и почти все они были ранены. У нас потери тоже были значительные, около трети. В основном погибли молодые, малоопытные бавары и алеманны, присоединившиеся к моему отряду этой весной. Так сказать, война взяла своё, а уцелевшие, возможно, станут французским или германским дворянством.

70

Я был твердо уверен, что такая большая армия уж точно зачистит от мусульман всю Септиманию, что возьмем большие трофеи. Реальность оказалась скромнее. Мы даже не дошли до Нарбонны. В двух переходах от нее к Лиутпранду прискакал гонец с известием, что Тразимунд, герцог Сполето, который и захватил Галлезе, решил стать независимым правителем. Он вернул Римскому папе захваченный город в обмен на обещание военной поддержки против короля лангобардов, если тот решит, так сказать, восстановить конституционный порядок. Лиутпранд тут же заспешил в свое королевство, чтобы быстро погасить мятеж, иначе зараза могла перекинуться на другие герцогства. Германцы, привыкшие жить небольшими племенами, упорно не хотели образовывать большие сильные государства наподобие Римской империи. Эта тяга у них просуществует еще много веков, причем Германия объединится самой последней, лишь в конце девятнадцатого века. Через два дня Карлу Мартеллу, который собирался без помощи союзника захватить Септиманию, сообщили, что взбунтовались саксы и фризы на захваченных им землях, вырезали несколько гарнизонов и перебили много священников. Мажордом всех франков понял это, как второй намек бога, чтобы не лез пока в земли мавров, и повел армию на север. В Лионе он отпустил большую часть конницы по домам, поскольку в лесистой местности от нее было мало толку, и мой отряд поскакал в Альтдорф. В отличие от остальных, мы все-таки повоевали и взяли трофеи, так что будет, чем хвастаться во время пиров или попивая винишко, сидя у камина зимними вечерами.

В конце осени привезли оброк из моих деревень в Аквитании и известие от старост, что их сильно притесняет настоятель монастыря, появившегося по соседству.