Букелларий

Да и при таком сильном ветре стрелять тяжело. Постоянно надо будет вводить поправку, а с мокрой тетивой это станет трудноразрешимой задачей. Лук и колчаны со стрелами я перевесил на запасную лошадь, за которой присматривает Бамбер, оставленный в обозе. Впрочем, какой к черту обоз?! Шесть арб и десятка три вьючных местных лошадок, которые везли желудевый хлеб и бражку. С тех пор, как выступили в поход, сыр выдавать нам перестали. Бамберу строго-настрого приказано при первых же признаках поражения скакать в горы, к небольшим озерам Эноль и Эрсина, мимо которых мы проезжали по пути сюда, и ждать меня там. У меня нехорошее предчувствие. Наверное, из-за того, что не нравится большая часть соратников. Такое впечатление, что знатные воины, составлявшие примерно четверть нашего отряда, в котором около тысячи человек, приехали не сражаться, а попонтоваться, набить себе цену и сдаться. Они не верят, что арабов можно победить, потому что все семь лет с момента вражеского вторжения только и делали, что проигрывали.

Мы стоим на склоне горы, который плавно спускается в долину Ковадонга. Трава на нем низкая, деревьев нет совсем, а кусты попадаются редко. Видимо, это пастбище деревни, расположенной неподалеку. Построен наш отряд странно. В центре в четыре ряда практически бездоспешная пехота с овальными деревянными щитами, даже не оббитыми кожей, и копьями длиной чуть более двух метров. Подозреваю, что большую часть пехотинцев взяли от сохи на время. На флангах горцы на своих мелких лошадках, тоже бездоспешные, вооруженные тремя-четырьмя дротиками, которые в кожаном мешке висят перед седлом справа, и кинжалами. Щиты у них круглые кожаные. Меня распирает от любопытства, как они будут сражаться, когда кончатся дротики? Запасных в обозе нет. С кинжалом и слабым щитом против вражеского копейщика не попрешь. Или отметают икру и удерут? Наша тяжелая конница стоит позади пехоты. Вооружена и защищена не так хорошо, конечно, как я, но по нынешним меркам прилично. Почему прячется за спинами пехотинцев — вопрос на засыпку. Предполагаю, что должна не дать крестьянам разбежаться слишком рано. Я расположился в заднем ряду этого отряда. Слева и справа от меня лангобарды. Они рвались в первый ряд, но я поделился подозрениями, и мне, как более опытному и лучше оснащенному, поверили.

Разведка арабов появилась после полудня. Примерно через час начали подходить основные силы, уже готовые к бою. Их было раза в три-четыре больше, причем примерно треть составляла конница, напополам легкая и тяжелая. Как ни странно, не бросились в атаку сходу, а построились метрах в восьмистах от нас.