Букелларий

И я, и, уверен, все мои соратники отлично понимали, что оставаться в пещере нельзя, что надо выходить и, борясь с ветром и дождем, карабкаться к вершине горы, а потом спускаться по противоположному склону, надеясь, что у подножия не встретят враги и не перебьют нас, промокших, замерзших и обессиленных. Если останемся, то завтра или, в крайнем случае, через два-три дня придется или славно погибнуть в неравном бою, или позорно сдаться. И то, и другое в мои планы не входило, и даже думать об этом не хотелось.

Пелайо со своей свитой в дальнем конце пещеры. Они даже умудрились развести костерок. Наверное, чтобы не страшно было сидеть в темноте. Судя по вони, жгут чью-то одежду или нашли клочья овечьей шерсти. Дым лениво тянется под сводом в сторону выхода из пещеры. Иногда в нее с гулом влетает порыв ветра, разгоняет дым во все стороны, и воины начинают кашлять и ругаться. Новоиспеченный астурский король что-то обсуждает со своими приближенными. Хоть и говорят тихо, но по яростной жестикуляции не трудно догадаться, что спорят. Подозреваю, что одни предлагают сдаться прямо сейчас, а другие — потерпеть до утра, чтобы не мокнуть под дождем.

Не нравится мне Пелайо. Не знаю, почему. Вот не нравится — и всё. Еще когда увидел его в Пилонье в первый раз, пожалел, что приперся в такую глухомань помогать мутному типу. Интуиция предупреждала меня, но я в который раз не послушал ее. Теперь придется выкарабкиваться из задницы, в которой оказался, благодаря этому королю.

Вскоре совет закончился, и все, сидевшие вокруг костерка, уже еле тлевшего, встали, прошли к центру пещеры, где было свободное место, потому что большинство, как и я, предпочли подпирать стены.

— Друзья мои! Братья по оружию! — хорошо поставленным голосом, видимо, изучал ораторское искусство, обратился Пелайо к воинам. — Если мы останемся здесь до утра, все погибнем. Поэтому мы решили пробиваться к дороге. Разделимся на два отряда. Это введет врагов в заблуждение и даст возможность прорваться хотя бы одному отряду. Понадеемся на милость божью!

Я сразу понял, что первый отряд должен будет отвлечь внимание арабов, а второй, в котором будет так называемый король со свитой, воспользуется этим. Мне никогда не нравилась роль подкидного дурака в чужой игре.

— Нас там ждет столько врагов, что не прорвется ни одни отряд, перебьют всех, — произнес я четко и громко.

— Да, есть вероятность, что удача улыбнется не многим, — как бы соглашаясь со мной, сказал Пелайо и спросил с издевкой: — А ты предлагаешь сдаться на милость врага?!

— Предлагаю ударить там, где нас не ждут, — возразил я. — На дороге уж точно находятся готовые к бою отряды. Выдвинутые вперед дозоры поднимут тревогу, и на каждого из нас навалится по десятку мавров.