Хищник

– Кому сказали?! Куда привели?! Че за хуйню ты несешь?

– Было такое… – подал голос один из бандитов. Колька Тощий отлепился от стены дома, которую добросовестно подпирал все это время. – Нас тогда на лестнице зажали в новостройке этой долбанной! Вот какой-то хмырь из этих и сказал, мол, приводите старшего, мы его кончим – и вы свободны. Кирюха чуть не на уши встал, когда я ему рассказал! Не поверил, видать. Ствол мне не дал, так тогда с битой этой и пошел. А оно вон как вышло!

– Херасе! – фыркнул Гавриш. – Старшого им приведи, бля! А золотой запас страны Советов они заодно не попросили?

– Про то не говорили, – не принял шутки Тощий. – А сюда, как видишь, прийти не поленились.

– Так! – снова повернулся к Вострому здоровяк, – дальше что было?

– Сказал, пусть наш старший приканает в пятиэтажку, что около торгаша стоит. Мол, знаете куда. До ста, говорит, считай, а потом иди. Я и считал.

– А он куда делся?

– Да хер его знает, я не оборачивался. А дверь – так закрытой и осталась! Пиздец вообще какой-то! – почти выкрикнул подручный.

– Может, ты глюканул? И там вовсе никого не было? – предположил Толян. – Пацаны! Глянем?

Осмотр, однако, ничего толком не прояснил. На полу отыскались пустые пистолетные гильзы – и никаких следов. В коридоре еще имелись двери, некоторые из них были взломаны бандитами еще раньше. Теперь взломали остальные. Но ничего интересного, такого, что могло бы пролить свет на происшедшее, найти не удалось.

– Хуйня какая-то… – присев на крыльцо, почесал в затылке Гавриш. – Ладно, Кирюха им где-то в компот нассал, не иначе. Зуб на него, видать, конкретный имелся. Это понятно. А какого хера они от нас-то хотят?

Вернувшись к себе домой – никак иначе я этот подвал назвать не могу – какое-то время бездумно слоняюсь от стены к стене. В голову лезут всякие странные мысли. Ну вот какого, скажите на милость, хрена, я назначил встречу этим бандюкам? Что я от них хочу? На тот момент это выглядело, наверное, пугающе и зловеще. На тот. А сейчас что будет? Предположим, кто-то из них на эту самую встречу придет. Уже не говоря о том, что навряд ли этот человек будет испытывать ко мне теплые чувства, есть еще одна проблема: мне совершенно нечего ему предложить. Всякая встреча – она ведь для чего-то происходит. Какие-то проблемы решить, о каком-то взаимодействии договориться. А единственная проблема, которая существует у меня с бандитами, так это то, что они хотят меня убить. И как прикажете ее решать? В свете этого ни о каком взаимодействии и речи идти не может. Тупик. Что и кому говорить, я совершенно не представляю.

Так ничего и не придумав, достаю из шкафа бутылку со смесью различных коньяков и недрогнувшей рукой наливаю себе полный стакан. Черт бы с ними, со всеми.