Чудо Бригиты. Милый, не спеши! Ночью, в дождь...

– Говорит Ивар Хинтенберг…"

"– Слушаю вас… – ответил я приветливо. Приветливый тон по телефону еще никому не принес вреда. Я не знал, кто такой этот Ивар Хинтенберг, потому что тогда нас не познакомили.

– И все же револьвер у этого щеголя был!

– Надеюсь, говоря так, вы опираетесь не только на твердую уверенность, но и на факты. – Это я говорил уже без прежней любезности. Просто я не люблю переливать из пустого в порожнее, да еще в такое время, когда дел по горло. Как только он упомянул про револьвер, я, конечно, сразу понял, кто звенит.

– В кармане пальто я, разумеется, уже ничего не обнаружил.

Как только мы попали в квартиру, я обыскал пальто. Припрятал старик – это точно.

– Тогда почему вы делаете такие смелые выводы?

– Внутренний карман был в свежих масляных пятнах. Ведь револьвер старый, его часто приходится смазывать. Потом протирай сколько хочешь, но хоть капля, а все равно просочится и испачкает. Пятен много, есть даже на подкладке.

– А что говорит девица?

– Говорит, вообще не знает, чье это пальто. Ее это, видите ли, не интересует. А щеголь на допросе отпирался отчаянно, но вдруг сознался: вместо пальто надел ватник потому, что на дворе было холодно.

Деваться–то ему некуда – свидетелей, которые его видели в этом пальто, отыщется немало. Понимает, сволочь! Если выяснится, что револьвером угрожал именно он, то подмена пальто ватником и масляные пятна в кармане имеют известное значение.

– Может, у щеголя в кармане было что–нибудь другое, может, он спрятал оружие перед тем, как войти в дом, может…

– И вы мне талдычите то же. А я на сто процентов уверен, что револьвер припрятал старик.

Это тот еще тип! Я знаю, мне удалось поговорить с ним без свидетелей. Он нам всем перегрыз бы горло, если б только мог!

– Какое у вас служебное звание?

– Лейтенант.

– И как давно вы работаете в уголовном розыске?

– Скоро два месяца.

Когда я зашел к Шефу, он показался мне раздраженным – все не мог привыкнуть к своим новым обязанностям. Проще говоря – он тогда еще не разобрался в том, что входит в его обязанности, и это его бесило!

– Что ты цепляешься к словам? – сердито спросил он. – Конечно цепляешься! Ты же понимаешь, что помощника мы разрешаем тебе выбрать в пределах управления, а не бог весть откуда.

– Как это бог весть откуда?

– Надеюсь, ты хоть его хорошо знаешь.

– Не знаю, а чувствую. Он только недавно начал работать, поэтому никто о его переводе не заплачет.

– Обещать ничего не могу, но поговорю. Только при условии, что потом не будешь меня донимать жалобами: я поторопился, я то, я се, ты был прав… Как фамилия? Хин–тен–берг, – Шеф записал по слогам. – Ивар Хин–тен–берг.