Чудо Бригиты. Милый, не спеши! Ночью, в дождь...

Если Бригиту Лею вернут к жизни, тогда еще ничего, а если, не дай бог, она умерла, то он зря потерял это утро: одни неприятности, а вдобавок еще расспросы милиционеров, похоже, они заподозрили, что и Трушелис сыграл какую–то роль в несчастье, случившемся в доме Леи…

Тем временем медики кончили суетиться вокруг Бригиты и о чем–то заговорили с милиционерами. Насколько мог уловить Трушелис издали, речь шла о том, что спасти жену Нилса не удалось…

Вскоре машина «Скорой помощи» уехала, не взяв Бригиту Лею. На улице у калитки уже собрались зеваки, милиционеры уговаривали их разойтись.

Наконец, разрешили уйти Трушелису тоже, и он повиновался с величайшей охотой.

Вскоре к дому Леи подъехала еще машина, и вышедшие из нее люди собрались во дворе.

12

Среди приехавших был следователь прокуратуры Берт Адамсон, щеголевато одетый молодой человек. У него были темные, мягкие и гладкие волосы, узкое лицо, острый подбородок. Глаза вроде бы слишком серьезные для молодого лица, чуть ли не мрачные глаза.

Адамсон говорил мало, вел себя сдержанно, казалось, ничем особенно не интересовался, ходил по участку не спеша, держась очень прямо, осматривал хорошо ухоженный фруктовый сад.

Наконец, Берт Адамсон подошел к крыльцу, где на деревянной скамье лежала мертвая хозяйка дома. Милиционер, стоявший рядом, молча приподнял одеяло, открывая голову женщины. Следователь приготовился увидеть черты, искаженные предсмертной судорогой, поэтому удивился — у Бригиты Леи было такое лицо, словно она крепко спит и видит хороший сон: уголки рта чуть–чуть поднялись, будто она улыбалась.

«Где–то я видел это лицо, — подумал Берт Адамсон. — Где? Собственно, нечего гадать… Калниене городок небольшой, за два прожитых здесь года я наверняка хоть по разу встретился с каждым из его жителей.

Красивое лицо… Молодая… Погибнуть такой молодой, красивой… Она должна была быть счастливой… Самоубийство? Какую же ношу взвалила жизнь на эту молодую женщину — настолько тяжелую ношу, что она отказалась нести ее дальше?»

Берт Адамсон кивнул, милиционер опустил одеяло.

Берт еще раз обошел вокруг дома. Постоял в дверях, на пороге веранды — оттуда еще пахло немного газом, несмотря на сквозняк. Следователь вошел, стал осматривать помещение.

Три комнаты — две из них проходные, третья с входом из прихожей. Кухня, ванная. Всюду чистота, порядок. Стандартная мебель, купленная в магазине. Несколько книжек на полке. На стенах плохие картины — копии слащавых альпийских пейзажей. Радиола, прикрытая вышитой салфеткой. Стеклянные вазочки; плюшевая собачка с лентой на шее…

Подъехала машина, из нее вышел врач Шварц. Он тут же распорядился отнести тело в машину, подошел к Адамсону:

— Заключение судебно–медицинской экспертизы получите еще сегодня.