Да, Босс!

Прошелся ласкающими движениями языка вдоль спины, до самого копчика, попутно расстегивая лифчик и стаскивая трусики. Коснувшись рукой обнажившегося лона, Адам убедился, что она действительно уже течет. Но сегодня он хотел ее иначе.

Подтянув Еву к себе, он заставил ее встать на колени и развести ноги, грудь ее при этом была прижата к матрасу — так, что она открылась ему вся.

Он провел рукой по ее промежности, отчего пальцы мгновенно стали влажными и скользким от естественной смазки, средним пальцем обвел заднее отверстие и слегка вошел внутрь.

— Расслабься, — шепнул он Еве, ощущая, что она напряглась. — Доверься мне.

Он толкнулся глубже и остановился, давая ей привыкнуть. Выскользнул из нее и вошёл снова, продвинувшись на этот раз чуть дальше. Подвигал пальцем туда и обратно и, почувствовав, что Ева уже не так напряжена, добавил к первому пальцу второй. Он продвигался постепенно, пока не погрузился в нее полностью. Вошёл и вышел несколько раз, и, снова оказавшись внутри, чуть развел пальцы, растягивая Еву. Вторая рука Адама коснулась ее клитора, начиная ласкать, пока его пальцы двигались у нее в попке, готовя к тому, чтобы принять его там.

Ощутив, что Ева расслабилась, Адам расстегнул брюки и взял с тумбы смазку. Надел презерватив, увлажнил его лубрикантом, но, прежде, чем оказаться внутри, склонился к Еве и обвел вход в попку языком. Толкнулся в нее, увлажняя своей слюной, и после нескольких движений отстранился, направляя член к заднему отверстию. Вновь начиная ласкать клитор, Адам ввел головку пениса в тугое колечко. Он входил медленно, хотя от того, как тесно она его обхватывала, безумно хотелось начать двигаться так, как привык — порывисто и резко. Но сделать этого он пока не мог. Войдя до конца, Адам чуть помедлил, затем начал осторожные движения, одновременно проникая пальцами в лоно Евы.

— Скажи, когда захочешь сильнее, — только и сумел он выдавить из себя.

Ева никогда не задумывалась о тех гранях, которые была готова переступить в сексе. Никогда не представляла, на что готова пойти, а на что — высказала бы категоричный отказ. Но во всём, что касалось Адама, не было ничего, чем бы она ни пожелала заняться. Потому что знала — если он хотел показать ей иные стороны их сексуальных отношений, она готова была сделать всё, чтобы насладиться ими и подарить удовольствие Адаму в ответ.

Стоя перед ним на коленях, опустившись грудью на постель, она могла лишь ждать того, что будет дальше. Ждать, нафантазировав себе все оттенки, с которым муж был готов её познакомить. Ощущая прохладу светлых простыней, Ева испытывала предвкушение, смешанное с долей тревоги, и это понуждало её шире расставлять ноги и глубже прогибаться в пояснице.