Десять медвежат

Вечно была она всем недовольна, даже он, Андрей Николаевич, который виделся с ней достаточно редко, и то не помнит случая, чтобы она была если не приветлива, то хотя бы спокойна и сдержанна в разговоре.

Вечно она была в нервах, в раздражении, могла устроить скандал на пустом месте, ни с чего. Она плавилась в окружающих ее низменных страстях и чувствовала себя в них уютно и комфортно, как саламандра в огне."

"За те четыре года, что они были женаты, сын очень изменился. Он похудел, скорее даже как-то высох и постарел, стал нервным и раздражительным. Девочкой, по сути, никто из супругов не занимался – им было некогда. Няни менялись, как в калейдоскопе, – то ли не могли ужиться с такой хозяйкой, то ли действительно, выбранные наспех, оказывались недобросовестными, и невестка правильно их увольняла.

Кажется, она преуспевала на своем телевидении, во всяком случае, передача – не та, а уже другая, которую она вела, – имела очень высокий рейтинг, зрители запомнили ведущую. Андрей Николаевич не слишком-то этим интересовался, ему было противно видеть невестку на экране телевизора.

Андрей Николаевич до сих пор не знает, что случилось конкретно в тот роковой день. Кажется, у них опять был скандал. Кажется, она уехала к любовнику или просто так, чтобы попугать мужа и сделать больно. Муж бросился за ней на дачу, шел проливной дождь, машину занесло, вынесло на встречную полосу, и в нее врезался грузовик.

Водитель не справился с управлением, сказали в автоинспекции, – никто не виноват.

Но Андрей Николаевич знал, что во всем виновата эта стерва. Это она довела его до того, что он в невменяемом состоянии сел за руль. Это она виновата в том, что его два часа вынимали из покореженной машины, а когда вынули и показали Андрею Николаевичу, он, немолодой человек, повидавший многое на своем веку, зашатался и потерял сознание от ужаса.

В первый и последний раз в жизни он высказал ей все. Единственное, на что его хватило, это удержаться до тех пор, пока они не останутся одни. И это, конечно правильно, ни к чему вмешивать в дело посторонних, пойдут сплетни и ненужные разговоры…

Она отреагировала на его слова абсолютно спокойно – когда нужно, она вполне умела держать себя в руках. Но, естественно, начала шантажировать его Дашкой – четырехлетней его внучкой, девчушкой с Алешкиными глазами, единственной его привязанностью.

И Андрей Николаевич сломался. Он унижался и просил прощения, только чтобы ему разрешили видеться с внучкой. Если бы невестка ко всем своим качествам была еще и жадной, она вела бы себя по-другому, старалась подольститься и выудить из него побольше денег.