Десантник на престоле

Впрочем, погибших все равно вышло сильно больше запланированного, и взрыв превратился в общенациональную трагедию. По крайней мере, так об этом написали в газетах.

Произошедшее всколыхнуло не только Санкт-Петербург, но и все европейские столицы, так как всем стало очень интересно узнать, кто устроил это крайне любопытное действо. В Европе сделали четкие и однозначные выводы о том, что появился новый игрок, который таким, весьма специфическим образом решил заявить о себе. В целом, большинству, конечно, было наплевать, что в столице Российской империи погибло несколько десятков солидных чиновников очень высокого уровня.

Однако мысли о том, что подобные методы будут применены к ним самим, вызывали опасения и обостренное желание придушить новую угрозу в зародыше. А потому, практически за неделю Санкт-Петербург наводнили иностранные агенты, ставящие перед собой простую цель — любой ценой выяснить, кто устроил теракт и зачем. На их фоне полиция, получившая августейший пинок в пониже спины и резко развернувшая очень бурную деятельность, смотрелась откровенно тускло в силу хотя бы того, что люди, работавшие там, отличались острой формой непрофессионализма. То есть больше мельтешили и создавали проблемы, чем реально что-то расследовали. Впрочем, имперский период в этом плане не сильно отличается от того, в котором имеет счастье жить уважаемый читатель. Злые языки даже поговаривают, что дореволюционная полиция стала образцом для подражания, при выстраивании в новых, демократических условиях служб защиты правопорядка. Впрочем, мы отвлеклись.

В сложившихся обстоятельствах Александр вынужден действовать сразу в нескольких плоскостях.

Во-первых, личный пиар, дабы поднять свой рейтинг не только в глазах соотечественников, но и в европейских странах. Поэтому, фотография, где он выносит на руках принцессу, потерявшую сознание, через пролом в стене, оставленный взрывом, оказалась практически во всех европейских газетах максимум через три дня. Не говоря уже о том, что были сняты многочисленные кадры активной деятельности по оказанию первой медицинской помощи и панорамы взрыва, показывающие масштаб катастрофы. Его персональный фотограф, которого Саша таскал за собой «на всякий случай» уже год, наконец-то стал приносить реальную пользу, так как все эти фото, сделанные для личного архива, были проданы из-под полы за огромные деньги издательствам.

Во-вторых, дабы работать далее на свою непричастность к теракту, Александр поручил отправить письма с соболезнованиями всем пострадавшим семьям, плюс посетил пару раз некоторых раненных. Ну и общая панихида по «невинно убиенным».