Десантник на престоле

Оказывается, разрывы случались только у орудий впечатляющих калибров, все остальные же вполне надежны, но британские военные решили попросту не рисковать. Поэтому я связался с Морганом, и он поспешно заключил контракт на выкуп всего потребного оборудования для нужд армии КША практически по цене металлолома. Заводик поставили в Новом Орлеане. Англичане, правда, продали далеко не все в нормальном состоянии, но оборудование для производства двенадцати и двадцатифунтовых пушек было вполне рабочим. Конечно, стальная граната весом двенадцать и двадцать английских фунтов с зарядом дымного пороха не бог весть что, но для стрельбы по лоханкам контрабандистов и разгона всяких мелких банд вполне подходит.

— А армия КША получает вообще эти орудия, или это только прикрытие?

— Конечно. И не только их. По лицензии Шарпса мы наладили в том же Новом Орлеане производство его винтовок и карабинов калибром.44 и.36 британского дюйма. Благо, что с боеприпасом под них особых проблем нет — там бумажная, либо льняная гильза. В общем, правительство КША нам очень благодарно за эти два завода, которые позволили им неплохо вооружить армию.

 — Снова улыбнулся фон. — Весьма признательное прикрытие получилось.

— А снаряды для пушек тоже из Нового Орлеана возите?

— Поначалу, да, возили. А вот уже полгода как в Калифорнии работает маленький заводик. Там работы практически нет — после начала полномасштабного восстания индейцев, все западное побережье полностью отрезано от своих метрополий. Так что наша верфь и завод боеприпасов очень сильно помогают местному, немногочисленному населению выживать. Правда, убогим получился заводик. Запасы мы кое-какие делаем, но очень незначительные — практически все снаряды уходят на учебные и боевые стрельбы.

Особенно у корабельных команд.

— Если мне не изменяет память, двадцатифунтовая пушка Армстронга имеет калибр чуть больше пяти имперских дюймов? Хватает для кораблей?

— Нашим фрегатам и шлюпам приходиться сталкиваться в этом регионе с довольно небольшими кораблями нарушителей. Как правило, это либо шхуна, либо джонка. Редко что-то серьезнее. А двадцатифунтовая стальная граната, пробившая борт и взорвавшаяся внутри — огромная неприятность для всех малых кораблей.

Зачастую хватает одного попадания, чтобы нарушитель спустил паруса и лег в дрейф. Впрочем, иногда приходиться и топить. Особенно это касается китайских и японских пиратов. После трех-четырех попаданий их лоханки уверенно идут ко дну. Думаю, более мощные орудия нам пока просто не к чему — достойных целей нет. Да и конструкции деревянных фрегатов и шлюпов слишком слабы для мощных пушек.

— Кстати, по кораблям, что у нас есть? — Александр вопросительно взглянул на Милютина.