Десантник на престоле

По предварительной оценке, на Северном Кавказе сейчас живет около миллиона мусульманского населения, с которым мы не можем примириться.

— В чем, на ваш взгляд, причина?

— Я думаю, в том, что им не нравятся наши порядки. Они им чужды и противны. Там все смешалось — и религия, и культура, и этнические традиции.

— Понятно. Ну что же. Тут можно идти только одним путем: Не умеют? Научим. Не хотят? Заставим. — Александр задумался. — Хотя, конечно, это весьма грубая форма, но лучше один раз вылечить этот нарыв, чем страдать столетиями. Но все равно передайте Драгомирову мою личную просьбу максимально ограничить кровь.

Пусть лучше мы на несколько лет больше провозимся.

— Конечно, непременно передам. Но он и так старается придерживаться максимально мягкого сценария. Мы все прекрасно понимаем, что большая часть людей, вовлеченных в эти столкновения с нашими войсками, невиновна. Их так воспитали. Кроме того, очень сильно вредят провокаторы и духовные лидеры, которые сколачивают вокруг себя банды радикалов и заставляют где-то путем уговоров, где-то путем прямого насилия местных жителей оказывать им помощь.

Поэтому Драгомиров старается выселять аулы с максимальной аккуратностью. Например, обеспечивает подводами, продовольствием и вообще ведет себя очень деликатно. Настолько, насколько это возможно в тех условиях.

— И люди это не ценят?

— Вы понимаете, оставлять насиженные места никому не нравится. Конечно же, те, кого он высылает, очень недовольны. Но Михаил Иванович делает важное дело — отделяет горы от равнины полосой отчуждения, в которой, кроме наших секретов да разъездов, ничего нет. Кроме того, с южной стороны Кавказских гор армянские добровольцы надежно блокируют все основные перевалы и тропы, мешая бандам получать продовольствие и боеприпасы.

Еще год, максимум два, таких охранительных мер, и в горах почти никого не останется, потому как немногочисленные местные жители, спасаясь от бесчинств мятежников, загнанных в ловушку, стараются найти спасение у наших войск. Многие, потеряв в горах почти все имущество, с радостью соглашаются на переселение на тот же Дальний Восток, где им полагается довольно неплохая помощь.

— Крупные боевые столкновения все еще идут?

— Нет.

Все крупные банды разбиты. Но так как Михаил Иванович не собирается никому прощать участие в восстании, то по горам прячется еще довольно много мятежников. Они боятся возвращаться в аулы и города, справедливо опасаясь расправы.

— Драгомиров строго следует инструкциям?

— Да. Выселения идут равномерно во все губернии Империи с плотностью не более одной семьи на населенный пункт и запретом на смену места жительства в ближайшие пять лет. Причем на местах их обеспечивают жильем и работой.