Десантник на престоле

— Михаил Иванович не пытается смягчать приговоры? Все-таки это могло бы отчасти снизить напряжение в регионе.

— Нет, он непреклонен в своем желании навести порядок и на компромиссы не идет. Любого мятежника судят, и, в зависимости от проступка, его ждет наказание. Поэтому они боятся. Ведь Михаил Иванович использует предложенный вами метод перекрестного допроса, обещая смягчить наказание, если задержанный даст полезные для следствия показания. Учитывая, что внутри банд мятежники не раз хвалились друг перед другом своими успехами в лихом деле, показаний очень много.

Редкого мятежника отпускают домой. Как правило, их ожидают либо многолетние, а то и пожизненные исправительные работы, либо смертная казнь. Причем, дабы заменить лабораторию НИИ медицины на обычный расстрел, осужденные рассказывают очень много полезной для следствия информации."

"— Это хорошо. Жалко, конечно, случайно вовлеченных в мятеж людей, но неотвратимость наказания на порядки важнее. Михаил Иванович в этом плане делает все правильно. Нельзя прощать преступления, какими бы они ни были. Но не забудьте о том, что оставшихся жителей нужно неустанно информировать о том, кого и за что конкретно наказывают.

Чтобы у них в голове откладывалось не слепое раздражение, а понимание ситуации и вера в неотвратимость наказания. Кстати, раз крупные боевые столкновения больше не идут, то, вероятно, вам уже не нужны столь значительные военные силы?

— Полки кавалерийского корпуса можно совершенно свободно возвращать к месту их расположения, так как бои сейчас идут преимущественно в горах. Да и часть резервных бригад можно вернуть на турецкий фронт, так как им дел практически не находится.

— А армянские и болгарские ополчения вы отпускать не хотите?

— Нет, потому что у них личные счеты с мусульманами. Да, они плохо обучены, но большая часть из них набрана из семей, пострадавших от действий турецкой администрации, с которой они ассоциируют восставших. Болгарские стрелки, особенно второго батальона, куда, по странной случайности, попало свыше восьмидесяти процентов людей, переживших погромы, непримиримые и неподкупные борцы с повстанцами. Такого рвения я никогда не встречал.

— Хорошо. Тогда я сниму у вас три резервные бригады и части кавалерийского корпуса, тем более что Гурко доложил о завершении его развертывания.

Пора начинать кампанию в Средней Азии, а то мы и так затягиваем. Однако вам вот что будет нужно сделать — дабы не способствовать росту национализма, перемешайте эти добровольческие батальоны с оставшимися резервными бригадами.

— А вооружение?

— Будет вам вооружение. Я думаю, из оставшихся на Северном Кавказе войск стоит развернуть четыре горнострелковые бригады нового образца. Да.