Девять месяцев по контракту

Багримов проходит мимо меня, оставляя после себя едва уловимый запах древесного парфюма. Я с облегчением вздыхаю, особенно когда слышу, что тяжелые шаги стихают и щёлкает входная дверь. Он ушёл, и до самого вечера мы с ним не встретимся.

Людмила делает для меня краткую экскурсию по огромной квартире с двумя этажами. Рассказывает, где и что лежит, показывает холодильник, доверху набитый едой и сообщает, что обслуживающему персоналу тоже можно брать оттуда всё то, что хочется. А затем она проводит меня в детскую комнату. Она залита солнечным теплом, стены выкрашены в бледно-жёлтый цвет, а мебель идеально сочетается по цветовой гамме.

— Он ещё спит? — спрашиваю шепотом у Людмилы.

— Да, но скоро должен проснуться. Можешь подойти.

Я вспоминаю, как Лена везла меня на второе плановое УЗИ. Я ехала на заднем сиденье её «Порше» и непроизвольно слушала разговор на повышенных тонах с дизайнером. Кажется, её не устраивал цвет детской комнаты, и она приказывала исполнителю перекрасить стены именно в тот оттенок, который она заказывала. Цвет миндального масла. Где теперь Лена, и почему Тимур оставил собственного сына без матери? Эти два вопроса никак не дают мне покоя.

Делаю несколько неуверенных шагов к кроватке, и губы сами плывут в улыбке. Артюша не спит. Он забавно дергает ручками и смотрит прямо на меня. Темно-серые глазки, которые наверняка в будущем станут такими же чёрными, как у отца, исследуют моё лицо. Я боюсь, что он забыл меня и сейчас расплачется, но ничего подобного не происходит. Тяну к нему руки, прижимаю малыша к себе, вдыхаю его запах и глажу по головке.

— Ты определенно стоишь того, чтобы на всё это безумие согласиться, — шепчу едва слышно.

Глава 20.

Тимур

— Тимур Каримович, я подобрала несколько кандидаток на роль няня для вашего сына, — произносит Валерия, заглядывая ко мне в кабинет. — Посмотрите?"

"Она виновато улыбается, потому что знает, что я занят и просил попусту меня не тревожить. Но сын — это лучшее, что есть у меня в жизни, и всё то, что его касается, всегда будет стоять у меня на первом месте. Просто Валерия ещё не уловила это, но уверен, что в скором времени поймет. Она всегда показывала себя смышлёной и понимающей помощницей.

— Давай сюда, — киваю.

Валерия проходит по кабинету, виляя бедрами. Опускает папку на мой рабочий стол, одергивает короткое чёрное платье и не спешит уходить.

— Я отобрала пять кандидаток из трех сотен. Было… непросто, Тимур Каримович. Это достойные няни из лучшего агентства Москвы.

— Хорошо, Лера, я посмотрю и сообщу тебе о своем решении.

Помощница понимающе кивает, разворачивается на сто восемьдесят градусов и, цокая каблуками, не забывая при этом вилять бедрами, выходит из кабинета.

Папка достаточно увесистая.