Дьявол зимой

– Добро пожаловать, – сказал он с беглой, но ослепительной улыбкой. У него была культурная речь, но необычный акцент, с легким налетом кокни и какого-то иностранного ритма. – Ваш отец будет рад видеть вас.

– Спасибо, Кэм. Я... я боялась, что он уже...

– Нет. – Улыбка Кэма поблекла. – Он еще жив. – Поколебавшись, он добавил: – Большую часть времени он спит. И ничего не ест. Не думаю, что это продлится долго. Он спрашивал о вас. Я пытался послать за вами, но...

– Мейбрики никогда бы этого не допустили. – Губы Эви гневно сжались. Они даже не потрудились поставить ее в известность, что отец хотел ее видеть. А Джосс Буллард только что солгал ей. – Ну ничего, я навсегда избавилась от них, Кэм. Я вышла замуж. И хочу остаться здесь, пока мой отец... не п-перестанет нуждаться во мне.

Кэм перевел взгляд на непроницаемое лицо Себастьяна. В его глазах мелькнуло узнавание, и он почтительно промолвил:

– Лорд Сент-Винсент. – Если у него и было собственное мнение о союзе Эви с таким человеком, он его никак не выдал.

Эви коснулась рукава Кэма.

– А сейчас он не спит? – взволнованно спросила она. – Могу я подняться к нему?

– Конечно. – Он взял ее руки в свои и слегка сжал. – Я позабочусь о том, чтобы никто вам не помешал.

– Спасибо.

Внезапно между ними возник Себастьян. Высвободив одну из рук Эви, он решительно положил ее себе на локоть и накрыл собственной ладонью. Несмотря на небрежный вид, его хватка была достаточно крепкой, чтобы она не могла вырваться.

Озадаченная этой демонстрацией супружеских прав, Эви нахмурилась.

– Я знаю Кэма с детства, – с нажимом произнесла она. – Он всегда был очень добр ко мне.

– Что мне, как мужу, чрезвычайно приятно слышать, прохладно отозвался Себастьян. – Но всему есть предел.

– Разумеется, – кивнул Кэм и добавил, обращаясь к Эви: – Проводить вас наверх, миледи?

Она покачала головой:

– Нет, я знаю дорогу. Тебе, наверное, нужно вернуться к своим занятиям.

Кэм снова поклонился и обменялся взглядом с Эви, безмолвно подтверждая, что найдет возможность поговорить с ней позже.

– Тебе не нравится, что он цыган? – спросила она Себастьяна, когда они двинулись вверх по лестнице.

– Мне не свойственно винить людей в том, чего они не могут изменить, – иронически отозвался он. – Обычно они предоставляют достаточно других поводов, чтобы не испытывать к ним теплых чувств.

Эви отпустила его руку и приподняла подол юбки, чтобы не споткнуться на ступеньках.

– Интересно, куда делся управляющий? – поинтересовался Себастьян, поддерживая ее за талию, пока они поднимались по лестнице. – Еще рано, и игровой зал открыт. У него должно быть полно дел.

– Он пьет, – сообщила Эви.

– Что ж, это многое говорит о том, как здесь ведутся дела.