Друг сына

Я тут же принимаюсь укладывать длинные волосы в легкое подобие прически и с удовольствием и гордостью думаю, что даже такая небрежность моему мальчику на пользу. Хорош, засранец, права Верка. И не дурак. И работящий. И добрый. И веселый. Хороший сын у меня получился, несмотря ни на что.

Пробирает на слезу, и я тянусь к Димасику, целую его в колючую щеку.

Он замирает, словно норовистый рысак под ладонями хозяйки. И глазами, наверно, так же напряженно ведет.

– Мамкин… Ты чего? – хрипит он, неловко обнимая меня в ответ, – что-то случилось? Тебя обидели?

Ладони его на моих плечах каменеют, а голос грубеет.

Димке сама мысль о том, что меня кто-то может расстроить или обидеть, ненавистна. Еще с маленького самого возраста, когда этот кнопик бестрашно заступался за меня на детской площадке, вовсю размахивая игрушечным совочком…

Перед глазами встает эта картинка из прошлого: мой мелкий, с насупленными бровями и зажатым в кулачке совочком, его звонкий гневный голосок:

– Это моя мама! Не подходи!

Мне тогда, кажется, соседский мальчик песком в лицо угодил… Случайно. И Димасик так разозлился, что мальчику пришлось бы несладко, если б я вовремя не увела своего ревнивого господина с площадки.

И с тех пор ничего не поменялось, кстати…

– Да нет, что ты… – вздыхаю я, – просто захотелось тебя поцеловать… Может мама поцеловать сына просто так, а?

– Может… – неуверенно кивает он, но смотрит все равно настороженно, – точно все окей, мамкин?

– Да конечно! – стараясь придать голосу как можно больше уверенности, говорю я, – поехали уже? Я что-то устала…

– Ну да, мам Вера, наверно, наливкой угощала…

– И не только…

– Ну все, поехали.

Мы выезжаем из двора, напрявляясь к моему дому. Разговариваем по пути, смеемся, и к тому моменту, когда машина подруливает к подъезду, я уже вполне прихожу в себя, становясь прежней, ироничной и с оптимизмом смотрящей вперед.

В конце концов, чего разнюнилась-то? У меня такой сын офигенный! У меня лучшая подруга – бомба просто! Своя квартира, свое дело, постоянный доход! Я молодая еще, красивая даже. Да многие о таком комбо только мечтают! А у меня это все есть!

– Ну слава богу, – улыбается Димасик, – моя мамкин вернулась! А то какая-то расстроенная девушка в машину ко мне села! Точно тебя никто не рассторил?

– Нет, – настаиваю я на своем, – просто настроение такое было… Лиричное.

– Ты с лирикой давай завязывай, – заявляет мне Димас, – ну ее нафиг.

Его телефон вибрирует, и сын берет турбку:

– Да, Серый!

Я замолкаю и с какой-то болезненной жадностью смотрю на сына, разговаривающего с Матвеем.

– Ага… Да сейчас, да. А девчонки уже подошли? Ты давай, чтоб не как в прошлый раз, мне оставь!

Димас прощается с Матвеем, затем со мной.