Друг сына

Не стыдно вам? Мало того, что сами подставились, так еще и подругу подставляете? Вы же понимаете, что мы… Спросим со всех участников событий?

– Она не при делах, – отвечает Верка спокойно, – не трогайте ее.

– Ну как же ее не трогать? – искренне удивляется Свят, – она уже увязла. Я же предлагал отправить к вам домой моего человека, согласились бы, все бы и обошлось. Для нее.

Я ловлю Веркин сожалеющий взгляд и буквально каменею от догадки: она не хотела, чтоб я приезжала! Намекала мне всеми путями, чтоб привела помощь! Полицию! А я… Господи, а я – дура редкая! Даже Матвею ничего толком объяснить не смогла, только выслушала предупреждения никуда не лезть!

А ведь он был прав!

Надо было подождать, он же, судя по звукам во время нашего короткого телефонного разговора, с места сорвался и бежал куда-то!

Может, добежит?

Или полицию вызовет?

Хотя бы…

Какого черта я поперлась?

– Она никого не знает, ничего не понимает… – пожимает плечами Верка, щурясь сквозь дым на Свята, уже отложившего документы в сторону и теперь пристально изучавшего ее.

Боже, я под таким крокодилловым взглядом сто процентов онемела бы, а она ничего, держится. И даже улыбается слегка. Снисходительно так. – Молодая дурочка, ни образования, ни опыта… Зачем она вам? Она ничего не может.

– А вы, Вера Степановна? – голос Свята становится ниже и, клянусь, в нем проскальзывают вполне однозначные ноты! От осознания, что это за тон и что это за взгляды, меня бросает в дрожь.

– А я – могу, – отвечает ему Верка и смотрит прямо в глаза. Не моргая.

Между ними двумя словно диалог идет безмолвный, и паника моя усиливается от понимания, о чем они могут “говорить” подобным образом!

Моя подруга попала в переделку, попыталась выкрутиться с моей помощью.

Я, овечка, подвела ее. И теперь она пытается сделать так, чтоб отпустили… Хотя бы меня. И предлагает…

– Я позвонила в полицию! – прерываю я этот ужасный молчаливый диалог, результатом которого может стать… Не хочу даже думать! Не хочу, чтоб моя Верка такое делала для моего спасения! В конце концов, это я, дура дурацкая, ее неправильно поняла! И сама должна отвечать! И выбираться тоже! – Они уже знают, где я.

И скоро будут здесь.

– Вот как? – глаза Свята загораются весельем, он откидывается на спинку стула и изучает меня, словно диковинную зверюшку в зоопарке, – и что же ты им сказала, девочка?

– Что вы похитили мою подругу! – говорю я, понимая, что терять нечего уже, – и где держите!

– Ну… Тогда нам есть смысл ускориться, так ведь? – Свят, нисколько не напуганный моими словами, поворачивается к Верке, и та бледнеет.