Дружба народов (СИ)

— Вано, ну хотя бы посматривайте по сторонам: вдруг реально сама проявится. Не забывайте об этом деле! — попросил мэр. — Не верю я, что она сама ушла… Учёные в городе себя неплохо чувствуют.

— Кто-то к ней интерес проявлял? — между тем спросил Вавася. — Может, ей угрожали?

— Да она со мной встречалась! Кто ей грозить-то будет, дебил?! Если её похитили, то из-за меня! — возмутился Дмитрий. — По мне — так вон они, виновные! Либо Вано, либо этот мутный хрен из группы Вити! Отомстить мне решили!

«Мутный хрен» Тихон ожесточённо засопел, но кое-как удержал себя в руках. Уважаю, железная выдержка…

А я решил не мелочиться. Не люблю, когда меня понапрасну обвиняют. С детства, можно сказать, не переношу…

— М-м-м! — протянул я. — А почему это мы тебя, Дмитрий, так не любим, напомни, пожалуйста?

— У меня вопросы те же! — согласился Тихон, решив реабилитироваться за «мутного хрена».

— Потому что моя фамилия — Синицын! — гордо приосанившись, ответил тот.

Мне было сложно сделать удивлённое и растерянное лицо… Но, надеюсь, всё получилось. Переглянувшись с Тихоном, я помолчал пару секунд, а потом выдал:

— А фамилия моя слишком известная в узких кругах! — не выдержав, я прыснул в кулак.

И был немедленно поддержан Тихоном:

— У меня девушка таким же тоном фамилии каких-то мужиков называла… А я только и задавался вопросом: кто все эти люди?!

На бедного «Димочку» смотреть был страшно. Даже краем глаза. Он бледнел, краснел, пыхтел — короче, выказывал все признаки то ли запора, то ли скопившихся газов. А мы с Тихоном продолжали изгаляться:

— Слышали ли вы про Неуловимого Джо? — заикаясь от сдавленного смеха, спросил Тихон.

— Нет! А что, его так сложно поймать? — поддержал его я.

— Да никому на хрен не сдалось его ловить! — мы снова сложились в хохоте, и на этот раз даже Кукушкин начал несолидно ухмыляться в кулак.

— Так вы его знаете? — подняв брови, стоически поинтересовался Вавася.

— Коне-э-эчно! — полным сарказмом голоса ответил я, сотрясаясь от хохота.

— Это же сам Синицын! — выпучив глаза, вторил мне Тихон.

— Знаменитейший Синицын! — сквозь хохот добавил я. — Птица высокого полёта!"

"— Хватит!!! — кажется, Рябченко мы довели, потому что ревел он очень даже внушительно. Но до Кукушкина явно не дотягивал. — Напомнить вам, что вы сделали с его сестрой?!

— Мы-ы-ы? — удивлённо протянул я. — Реально, прямо что-то страшное?

— Вано! Вано! Я вспомнил! — радостно заявил Тихон.