Дружба народов (СИ)

Видимо, вспомнил, сколько заплатил за запасы подпорченного мяса «для мэрской столовой». И не факт, что из своего кармана.

— В общем, Кукушкин прогнал меня из города… Сказал лезть через тот ход, который наши использовали для контрабанды. Пришлось голышом бежать через весь город! Такая стыдоба!.. А потом ещё до переправы… А потом на север, в лес… Туда я и перенёс капсулу, договорившись, что она сама выбросит все вещи, как будто я умер. И там ждал, когда меня найдут…

— Чтобы скормить тем, кто тебя найдёт, какую-то историю? — уточнил я.

— Да почти всё в ней было бы правдой! Только убежал я как бы сам, испугавшись убийц, а упоминать Кукушкина было нельзя. Вот и вся разница…

— Значит, за попыткой тебя убить стоял Баринов? Не Лев, не Ряба? Не эти гиганты мысли, а такой напыщенный индюк, который под белый костюм Иваныча косит?

— За всем заговором стоял Баринов… — тяжело вздохнул Ольша. — Это он организовал банду, которая грабила другие группы. И он же организовал в городе сеть осведомителей из одиночек. Когда он общался со мной — ну, тогда, в мэрии — сказал, что сумел отжать у Рябы и Льва все деньги и где-то их спрятал. А ещё, что готовит армию… Не знаю, правда ли это. Но Ряба и Лев действительно его давно во всём поддерживают…

— Ольша, последний вопрос, а потом тебя проводят в капсулу и дадут отдохнуть!.. А вот некий Синицын Дима — он кому из этих троих служил? Рябе?

— Ну… Все наши думали, что Рябе! — ответил Ольша. — А на самом деле… Да шут его знает, если честно! Скользкий он тип, Вано… Безыдейный… Кому угодно готов служить, лишь бы выгода была.

— Отведи его в капсулу к Мелкому! — попросил я Кострому, а затем тяжело вздохнул: — И скажи Мелкому, что моя капсула в его полном распоряжении.

После этого я протянул Ольше давешние шорты и попросил:

— Надень на голову! Тебя никто не должен видеть.

— Опять?! — не на шутку возмутился тот: аж руки затряслись.

— Только до капсулы! — я усмехнулся. — А носки, так и быть, можешь оставить здесь…

Выйдя из-под навеса, я медленно двинулся, куда глаза глядят. Задумался над тем, что сказал Ольша… Над тем, что случилось на собрании… И как-то незаметно дошёл до ограждения нашего лагеря.

— Если тебе интересно, то твои подозрения насчёт того, что Дмитрий Синицын всегда служил Тимофею Баринову, полностью верны! — неожиданно сообщил СИПИН.

— А разве ты имеешь право это рассказывать? — удивился я мысленно. — Как же радость новых открытий?

Впрочем, это было больше наигранное удивление. Уверен, у СИПИНа много прав, которые он тщательно скрывает.

— Если ты никому не расскажешь, то никто и не узнает! — ничуть не смутился СИПИН. — Считай это дополнительной наградой за выполненное задание.