Дружба народов (СИ)

И только когда чувствительность вернулась в полной мере, командир позволил себе сделать осторожный шаг вперёд… Он не поднимался: двигался гусиным шагом, время от времени опираясь о землю пальцами.

Командир очень внимательно осматривал каждый камушек, каждую травинку перед собой. Куда поставить ногу, куда опереться рукой… Ничто не должно было выдать чернокожим его движение… Всё-таки они не были дураками, хоть и дикари. А значит, наверняка наблюдали за окрестностями.

Японцы зашевелились. Значит, собираются вырезать чернокожих охотников. И сейчас всё их внимание сосредоточено на цели, а не на том, что происходит за спиной…

Батый зло усмехнулся в предвкушении мести. Он и пятеро его друзей уже который день шли по следу японского отряда. После того, как эти захватчики вырезали его группу, Батый места себе не находил: плохо спал и не хотел есть.

На привалах он заставлял себя пожевать вяленое мясо, делал несколько глотков воды — и снова спешил в погоню. Рождённый в степях Монголии, Батый не зря носил своё имя. Он был крепок телом и духом, вынослив и быстр. А ещё лук был для него отнюдь не экзотическим оружием из прошлого…

Зачем тратить на волков дорогие патроны, если есть стрелы? На выпас скота Батый всегда брал с собой ружьё и лук. Он хорошо умел им пользоваться. Гораздо лучше негров-охотников. И теперь он мечтал отомстить: за убитых друзей, за испорченную капсулу и разрушенные мечты…

Японские воины сумели подобраться незамеченными. Причём, довольно близко. В красно-жёлтой траве их отлично скрывали традиционные соломенные шляпы. Но рано или поздно удача должна была отвернуться от них…

И отвернулась.

Чернокожая женщина, не участвовавшая в разделке гигантской туши, заметила движение. Она не сразу поняла, что видит — да и тогда не догадалась поднять тревогу. Лишь что-то сказала одному из мужчин, указывая на шевельнувшуюся траву.

Командир японцев оскалился: вот ведь нехорошая женщина… И тут же сделал знак рукой, чтобы его воины приготовились.

А потом встал в полный рост, вскидывая арбалет. Чтобы прицелиться и спустить тетиву, ему понадобилась всего секунда. Он целился в остроглазую женщину, которая сломала его отличный план.

Его воины, натянув короткие луки, засыпали охотников тучей стрел. Вот только эти гайдзины успели спрятаться… Причём за тушей того самого зверя, который стал их добычей.

А девушка не успела.

Сложившись пополам, она, как срезанная трава, упала на землю. А потом завыла от боли: громко и надрывно. Её руки то касались болта, торчащего из живота, то отдёргивались назад, когда болт причинял особо сильную боль. Она понимала: болт надо вытащить.