Единственная для бандита

И для ребёнка вредна жара, — хихикает и представляется. — Солла.

— Для ребёнка вредна жара, — поддразнивает её брюнетка в купальнике красного цвета. — Что ты знаешь о детях, Солла? У тебя нет ни одного!

— Рожать детей не моя забота, а твоя, дорогая Мария, — сладким голосом отзывается Солла. — Я закоренелая, как это… чайлдфри, — вспоминает она и сообщает мне доверительным тоном. — По правде говоря, дети губительны для моей карьеры. Меня хотят, пока я выгляжу идеально. К тому же синьор Амаретти готов платить за узкую дырочку, но не за растянутую родами вагину!

Кажется, рыжая точно перебрала спиртных коктейлей, и жара ударила ей в голову. Потому что говорить о таких вещах просто неприлично! Но в ответ на её реплику звучит взрыв смеха. Девицы гогочут, как лошади на лугу, считая, что Солла сказала нечто смешное. Смеётся даже Мария, но потом шлёпает рыжую по коленке:

— Ох, договоришься, Солли. Мой муженёк решит отъездить тебя и в задницу насухую. Посмотрим, как ты потом будешь хвастаться узкими дырочками!

— Если ты снова вытрахаешь своему мужу мозг, требуя купить новый Ламборджини вместо разбитого старого, то он точно захочет выдрать меня. В отместку. Так что, дорогая Мари… Умерь свой аппетит. Позвони садовнику!

В ответ опять слышится взрыв смеха. Фели смотрит на моё недоумевающее лицо и хохочет так, что даже вытирает слёзы, вытекшие из уголков глаз.

— Кажется, суррогатная мать твоего малыша в шоке! — хихикает миниатюрная брюнетка с большой грудью, чересчур круглой, чтобы поверить, будто её сиськи настоящие. — Амелия, — представляется она и кивает рукой в сторону веселящихся Соллы и Марии. — Мария — супруга виноградного короля, синьора Амаретти, а Солла — его любовница.

— Что? — переспрашиваю я. — Но как?

— О, милочка. Лучше сделать соперницу подружкой и разделить с ней обязанности, чем пытаться вытащить всё на себе. Солла живёт припеваючи, работая на спине, Мария не терпит приставания своего обрюзгшего муженька, а развлекается с симпатичными парнями на стороне. Все в выигрыше.

Не могу согласиться с этими ужасными, кощунственными порядками, но Амелия улыбается мне и спрашивает:

— Разве у вас с Фели не так? — хихикает.

— Нет. Не так! — обрывает её Фели. — Лина — бедная девушка. Нищая. Суррогатное материнство — это лишь способ заработать для неё и выбраться со дна. А для меня — это возможность не портить свою фигуру родами. Муж… хочет меня.

— Ха-ха-ха! — просмеявшись, Амелия начинает цедить пинаколаду через трубочку. — Вы это слышали? Наша Фели всё ещё надеется, что член Моретти верен ей.

— О да, как же… — в один голос тянут подруги.

— Главный трахаль Италии готов выдрать каждую. Где-то там найдётся место и для жены. В очереди из сотен одинаковых дырок… — назидательно говорит Мария.