Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Держа в объятиях свою пару и зализывая рану от метки, он случайно опустил руку на живот и ощутил тепло зарождения жизни. Его пара, семья… В этот миг он ощутил правильность всего происходящего и прилив нежности. Именно эту женщину он ждал столько лет, и для него счастье просто держать ее в объятиях. Она создана для него, и он был слеп, что не замечал этого раньше. Хотел детей и даже не задумывался о той, кто их подарит.

Целуя Ольгу, меньше всего он думал о детях. Никто и никогда не будил в нем такого всепоглощающего желания. Он слышал о притяжении между парами, но не думал, что это его коснется или с этим могут быть какие-то проблемы.

Смутно представлял образ волчицы, которая будет счастлива стать его парой и подарить детей. Ему и в голову не приходило, что суженой может оказаться человек. Да даже если и так, стать супругой Владыки и возвыситься никто не откажется. Он не думал о взаимоотношениях, чувствах. Казалось, все будет просто: брак, наследники, и можно, как и раньше, заниматься делами. Даже не предполагал, что после встречи с парой меняется центр твоего мироздания и самой важной становится она.

«Ольга неповторима и такая одна», – понял он, нежно проводя губами по метке. Только она способна не подчиняться ему, наплевав на все их законы, доводить его до белого каления и в то же время отвечать на его ласки так, что он теряет голову. Его чувственная девочка…

Он кончиками пальцев погладил плоский живот и понял, что первым делом надо будет проследить, чтобы она лучше питалась. Ольга похудела, и это ему не нравилось. Похоже, его вкусы изменились. Но теперь он бы предпочел, чтобы она была чуть более округла и аппетитна.

К тому же теперь ей надо есть за двоих и набираться сил. Ничего, он поговорит с поваром, чтобы тот начал готовить ее любимые блюда… и побольше.

Кристиан таял от ее близости, запаха. Казалось, теперь все наладится и будет хорошо. Неожиданно его спокойствие и уверенность были разрушены тревожащим запахом. Все его чувства обострились, и он застыл, поняв, что Ольга плачет. Это потрясло его. Что случилось? Он был груб? Ей больно? Это из-за метки?! Но рана же затянулась, и болеть не должно. Он ощутил глубокую растерянность и не знал, что делать.

Момент, когда она решила отстраниться, он почувствовал очень четко. Лежал, замерев, позволяя ей увеличить между ними расстояние и своей руке соскользнуть с нее. Мучительно хотелось удержать, но он не решился, лишь как можно более нейтральным тоном спросил, куда она собралась. То, что в ванную комнату, немного успокоило. Он тут же воспользовался предлогом и оставил ее. Включив воду и добавив первое попавшееся масло, он подошел к двери, чутко прислушиваясь, что она будет делать.