Его единственная

Наверняка кто-то налажал, и теперь нужно срочно подтереть.

«Не, ну, а что? — хмыкнул он про себя. — Мне не впервой!»

— В общем, новости плохие, — протянул хрипло Кирсанов. — Гоголь через неделю уйдет в отставку. Пока эта информация не для посторонних, Дим, — вздохнул он. — Потом начнется дележка. Ну, как всегда, — отмахнулся он. — Плавали, знаем!

— Так, может, Бек, тебя назначат? — с надеждой поинтересовался Блинников, прекрасно понимая, что новая должность шефа и ему самому сулит плюшки с маком.

— Могут, — мрачно кивнул Кирсанов. — Или взашей выгонят. Если кто другой займет место Николая Васильевича. Сам знаешь, что никто пока не ответит однозначно на этот вопрос, — криво усмехнулся он и, достав из холодильника разложенные по дощечкам пельмени, не считая, засыпал их в воду. — Мне твоя помощь нужна, — бросил отрывисто. — Больше никому доверить не могу, понимаешь? — хрипло осведомился шеф и строго глянул на Крепса.

— Бек, ты же знаешь… — заверил Димка. — Говори, я все сделаю…

— Документы нужно Паше доставить, — пробурчал он, помешивая в воде пельмени. — Но так, чтобы никто ни о чем не догадался.

— Какие? — утончил Крепс, прекрасно зная, что шеф может уйти от ответа.

— Да ничего особенного, — отмахнулся Кирсанов. — Это с отставкой Гоголя никак не связано. Не думай! Наш Миша Павлов у себя проводит кое-какое расследование. Вот и просил помочь. Небольшой пакет формата А4. Передавать его через Мишкиных людей опасно, отправлять почтой или курьером — тем более.

— Я отвезу, — кивнул Крепс. — Когда ехать?"

"— Сегодня, Дим, — невесело махнул рукой Кирсанов. — Лучше взять отпуск. Я, как твой непосредственный начальник, подпишу рапорт. Поедешь поездом. В мягком вагоне. Так мы сведем риски к нулю. Ну и ты сам смотри внимательно. Обратно вернешься машиной. Если вдруг кто-то решит за тобой проследить, то билет в один конец наведет его на размышления, что ты направляешься именно в отпуск. День-другой погуляешь, подышишь морским воздухом, поешь с Пашей шашлык, и назад. Недели хватит, чтобы никто ничего не заподозрил, — пробурчал он, раскладывая по тарелкам пельмени.

Ели молча, думая каждый о своем. И Крепс, глядя на недовольное лицо шефа, понял, что происходит что-то из ряда вон, но уточнять не решился.

— Пиши рапорт, — распорядился Кирсанов. — А я пока тебе билет куплю. Надеюсь, в канцелярии вопросов не возникнет. На выполнение задания даю неделю. А потом начнутся танцы вокруг Гоголя, и ты мне здесь понадобишься, — проворчал он, выходя из комнаты.

— Так точно, — рыкнул Крепс, прекрасно зная, что за ради Бека выполнит все в лучшем виде.

«Если я смотаюсь туда и обратно без всяких гулек и кабаков, то останется свободных два-три дня.