Его сладкая девочка

Степанов входит боком, прижимая к себе папку, смотрю на него, а думаю совсем не об отчетах по продажам. Он подходит ближе, кладет папку на мой стол и замирает на месте. Перелистываю бумаги, не вглядываясь в цифры. Орешкина совсем выбила меня из колеи, летаю в облаках как восьмиклассница.

В то утро после нашей ночи все засобирались в город, хотя хотели растопить баню, попариться. Но Ржевский, схватив лопату, пошел откапывать свой внедорожник, Тимофей — служебную машину, а Ирина, помыв посуду, крутилась постоянно около меня, задавая ненужные вопросы.

Даша так и не выходила из комнаты, а когда появилась, то была вся одетая, но, конечно, не по погоде: белый спортивный костюм и кроссовки.

— Ты на пробежку.

— Нет, я в город.

— Пешком?

— Угадал.

Дернула чемодан, он проскрипел по полу кривыми колесиками.

— Ирина Николаевна, а вы останетесь или поедете с Тимофеем?

— Тимофей поедет тогда, когда я ему скажу, потому что Тимофей — мой водитель."

"Наверное, ответил слишком резко, Даша поджала губы, отвернулась. Вот что за вредная девчонка? Ночь провели вместе, стонала подо мной, исцарапала всю спину, а сейчас нос воротит, словно я придумал легенду про племянницу и заставил в нее всех поверить. Сам при этом совратил монашку, и гореть теперь мне в аду.

— Хорошо, я попрошу Максима, он меня подкинет до города.

Делает шаг в сторону двери, уже тянется за шубой на вешалке. Ржевского? Ага, точно, кто тебе даст?

— Стоять! Никакой Максим тебя никуда не повезет, как дороги расчистят полностью, поедем вместе.

— Ромочка, а чего такого, пусть едет, или Тимофей ее отвезет. Ей ведь есть куда ехать? — Ира смотрит вопросительно, ждет ответа.

— Даша поедет ко мне и будет жить у меня все время практики.

— У тебя? Но она вполне самостоятельная девушка, ей необязательно жить со взрослым мужчиной в одной квартире. Так не должно быть.

— Ира, может, я сам разберусь с тем, кто, где и с кем будет жить? — почти крикнул на нее, чувствуя на себе взгляд Орешкиной. Ира ничего не ответила — и правильно сделала, нечего лезть не в свое дело. Надо вообще завязывать весь этот цирк и поговорить с ней нормально.

Если бы не эта конспирация, то давно бы уже сказал, что Даша не племянница, а девушка, по которой я последние сорок восемь часов схожу с ума и отпускать никуда не собираюсь. Пусть у нее хоть два жениха, бывший муж и трое детей. Мысль о детях пришла сама собой и прошибла до пота. Я два раза был с ней без защиты, а это подразумевает ответственность. Но я так и сказал: если что — женюсь.

Господи, ну кто так говорит девушкам?

— Роман Александрович.

— Да?

— Отчет.

Степанов переступает с ноги на ногу. Неужели я такой строгий начальник, что все так меня боятся?

— Нормально все, идите, я потом вызову если что.

Степанов вышел резво, тихо прикрыв дверь.