Если бы меня спросили

Она сейчас должна приехать в Москву, в клинику, где её обследуют, подтвердят, что она не носитель ВИЧ, не болела гепатитом и прочее, и тогда уже он полетит со своим эмбриончиком, — улыбнулась Ирка. — Или она прилетит сюда.

— Воскресенский счастлив?

— Ещё нет. Волнуется. Переживает.

— А он разве в Америку не собирался? — вспомнил Петька.

— Собирался. Но увы, особенности международного права. Не везде разрешено суррогатное материнство, не везде для иностранных граждан. Между переездом и ребёнком, конечно, он выбрал ребёнка. Эмбриончик получился всего один, но такой крупный, крепенький, сказала врач, — снова улыбнулась Ирка и едва сдержалась, чтобы не приложить руки к животу.

Она тоже скоро станет мамой.

66

Мамой? Она? Осознать это у Ирки пока не получалось.

И слава богу, что впереди ещё девять месяцев. Вот только как сказать Вадиму?

Пока он в таком настроении, Ирка, конечно, ничего ему не скажет. Жениться на ней из жалости и давать ребёнку свою фамилию из чувства долга не надо. Честно говоря, они даже не говорили о детях и большую часть времени пользовались презервативами. Кроме пары случаев, поэтому, как знать, что он думает о том, чтобы иметь детей.

— У вас всё в порядке? — нахмурился Петька, видимо, невольно копируя хмурую складку на её лбу.

— В каком смысле?

— С Воскресенским, — с напором сказал Петька, давая понять, что всё она поняла: в каком.

— Да, — беззастенчиво соврала Ирка.

— Точно? — пристально всматривался Север в её лицо. — И никаких ссор? Никаких выяснений отношений? Никаких претензий у него к тебе?

— Претензий? — удивилась Ирка. Откуда бы ему знать, что у Воскресенского есть к ней претензии и нешуточные, имеющие вполне реальные основания, если только…

— А ты чего это вдруг интересуешься? — прищурилась она.

— Да так, — пожал плечами Петька. — Слышал, у Воскресенского сегодня вечеринка.

— От кого слышал? — не сводила с него глаз Ирка.

И то, как он засунул руки в карманы, как ёрзал на подоконнике, совсем ей не нравилось.

— Ну, например, от Гордеевой. Она в Одноклассниках только что баннер рекламный не вывесила — всех оповестила, куда она идёт, кто он, твой Воскресенский. Правда, что он твой не написала, но и сайт упомянула, и ссылку на игру дала и, кажется, даже купила.

— Серьёзно? — подняла брови Ирка. Их она, кстати, тоже сделала в салоне, чтобы никакая Анфиса не сказала, что они кривые.

Но к чёрту эту Анфису, даже если она придёт. Кажется, Ирка знала, кто открыл страницу на сайте знакомств с её именем. Кто так много про неё знал, что мог ответить на любой каверзный вопрос, которые и убедили Воскресенского, что это она. Ему и проверять ничего не пришлось.

— Они были разные: и он десантник, и она — не фонтан, — процитировал ей Вадим. — Или вот: «Ты мне приснилась. Ничего, это отстирывается».