Эволюционер из трущоб. Том 4
Я архимаг Михаэль. За свою жизнь я повидал множество красавиц и безумных сражений. Правда в один момент сражений стало намного больше чем красавиц. Потеряв баланс, я решил остановить войны. Устроил научные изыскания и даже исследовал ДНК магов! Мне оставался всего шаг, чтобы понять что заставляет нас враждовать, но я погиб...Однако жизнь подарила мне второй шанс... Я очнулся в теле младенца и обнаружил божественный дар - генокрад. Что это такое и как с этим жить, мне предстоит разобраться.Осложняет всё мой новоявленный отец, ведь он хочет выслать меня на задворки империи, за то что у меня нет предрасположенности к магии. Но я справлюсь и прекращу войны... Правда для начала нужно научиться говорить.
Капитан подхватил её на руки и ломанулся к полуразрушенному магазину свадебных платьев. Второй этаж здания был объят огнём, а вот на первом только стёкла осыпались и следов возгорания не было."
"Удивительно, но никто не обратил внимания ни на стрельбу, ни на трупы, лежащие на улице. Лиза и капитан просто вбежали в магазин и затаились. Она боялась дышать, не то что говорить. Боялась, что Гаврилов ей привиделся, а на самом деле она сейчас лежит на барной стойке какого-то кабака, а пятёрка этих ублюдков развлекается с ней. Капитан приложил палец к губам и взглядом указал на улицу.
Мимо здания проехали два бронетранспортёра, на которых сидели Имперцы. Они остановились рядом с трупами. В этот момент сердце Лизы было готово выпрыгнуть из груди. Неужели их сейчас найдут и убьют? Или ещё чего похуже? Но нет, обошлось. Бойцы передали что-то по рации и поехали дальше. Сейчас весь город утопал в разрозненных очагах сопротивления, и трупами никого не удивишь.
— Как ты нашел меня? — спросила Лиза, заглянув Гаврилову в глаза.
— Я… — начал было капитан, но договорить не успел.
У входной двери показался человек с обожжённым лицом и уверенно вошел в магазин. «Безликие» — пронеслось в сознании Гаврилова за мгновение до того, как всё вышло из-под контроля.
Глава 17
Обожаю, когда на меня орут. Столько внимания, и всё адресовано только мне. Прямо чувствуешь народную любовь. Наслаждаешься голосами, поющими тебе дифирамбы. В погребе пахнет костром, не сказать, что тепло, но точно не околеешь. Ребята сгрудились у догорающих дров, Прохоров и Сергей лежат на полке, прислонившись к стене спиной. Прохоров дёрнулся и, открыв глаза, заорал:
— Ты что сделал, падла! — Артём скорчился от боли и схватился за уши, как будто в барабанные перепонки ему вогнали раскалённые иглы.
Очевидно, он не ожидал, что его голос теперь звучит так громко.
— Поздравляю. Теперь твоя подпольная кличка «Большой ух», — пошутил я и сразу же захотелось спеть «Мы медузы, мы медузы, мы похожи на арбузы…». Эх. Хороший был мультик, жаль в этом мире таких не делают.
— Какой, нахрен, «ух»? — прошептал Прохоров, зыркая на всех вокруг. — Чё вы скалитесь? Весело, да? — рыкнул было он, но снова скривился от громкости собственного голоса. — А ты какого чёрта так громко сопишь? — возмутился Артём и толкнул в плечо Серёгу, который всё ещё был в отрубе.
— Фу. Чего так воняет? — потирая глаза, спросил Сергей. — Вы давно мылись?
— Последний раз мылись в пансионате. А что? — спросил Макар и подозрительно понюхал свои подмышки. — Ну да, немного попахиваю.
— Немного? Да весь погреб провонял потом. Жуть просто. — Сергей заткнул нос и, догадавшись обо всём, посмотрел на меня. — Это всё из-за…?
— Ага. Доминанта острого нюха. Теперь ты можешь брать след получше любой ищейки.














