\

Теперь пришёл черёд возвращать государству долги. Что значит, я обещала? Я сказала, по возможности не пошлю. По возможности, понимаешь? И ты сидел здесь, пока твои товарищи мотались по стране. Язык на плечо и летели, куда родная фабрика пошлёт. А ты чем лучше⁈ Жена беременна? Так что теперь? Раньше думать надо было, когда заделывал ей ляльку. Поедешь! Некого послать больше!

— Зинаида Михайловна! — плаксиво заголосил он. — Вы войдите в положение! У меня же ситуация! Мне старшую надо в садик водить. Жена в больнице. Я не могу. Пусть Жаров едет! У него ни жены, ни детей нет!

— Это что за разговоры! Дети у него! У всех дети! У всех ситуация!

— Но не у Жарова!

Мудак он, конечно, Кошкин этот, но дети его не виноваты.

— У Жарова своих дел выше крыши! — встала на мою защиту Ткачиха. — Он что, должен и за тебя ещё работать⁈ И вообще, Кошкин, это что за саботаж⁈ Не справляешься с работой, уходи, ищи другое место!"

"— Я могу поехать, Зинаида Михайловна, — сказал я.

Все обернулись ко мне.

— Иваново — город невест, — засмеялась курчавая соседка из-за соседнего стола. — Жаров неженатый. Привезёт себе деваху оттуда.

Не надо было ей влезать. Зина нахмурилась.

— И станет, как Кошкин, с женой, садиками и вечными проблемами! — крикнули сзади и все засмеялись.

— Так у нас у самих тут фабрика невест!

— Незачем ему туда ехать!— рявкнула Ткачиха. — Кошкин поедет! Развели демократию! Поеду, не поеду! Я сказала, Кошкин!

На самом деле, нужно было ехать мне. Оттуда можно было бы мотануть в Москву и в Питер. Собственно, ехать, в любом случае, через столицу. Так что должен был ехать я, а Вотруба пусть бы сидел здесь. Но Ткачиха, похоже, закусила, так что пока давить на неё не следовало.

Размышляя, о том, как переубедить Ткачиху, я пошёл в столовую.

— Александр! — окликнули меня, когда я стоял в очереди с подносом.

Я обернулся и увидел Кошкина.

— Александр! — с нажимом и даже надрывом повторил он. — Ты должен убедить Зинаиду Михайловну.

— Ладно, — кивнул я и отвернулся.

Я протянул руки и взял тарелку. Бефстроганов выглядел очень аппетитно и в этот момент был мне гораздо интереснее, чем Кошкин.

— Я встану перед тобой? — не отставал тот. — Товарищи, мы вместе. Он на меня занимал.

Женщины негромко загудели, но возражать не стали.

— Первое почему не берём? — кивнула мне крупная и властная повариха. — Рассольник отличный сегодня. Первое кушать обязательно нужно!

Она протянула мне тарелку и я, чуть подумав взял и её.

— Александр, спасибо что вошёл в положение, — бубнил Кошкин, повернувшись ко мне. — Но нужно довести до конца. У тебя же влияние! Пожалуйста, договорись с ней.

— Кисель или компот? — спросила повариха.

— Компот, пожалуйста.

— А кисель какой сегодня? — уточнил Вотруба.