\

Открылась дверь, и неулыбчивая продавщица в чепце внесла поднос с двумя чашками кофе и хрустальной вазочкой с шоколадными конфетами.

— Угощайся, — кивнул Кофман.

Мы принялись за кофе.

— Ну, и какое у тебя дело?

— В Москве я в командировке, — ответил я, разворачивая «Белочку».

— Ну, да, в снабжении одни поездки, — с пониманием кивнул он.

— А к вам меня привели, не поверите, производственные проблемы. Я понимаю, что не вполне по адресу обращаюсь, но, может быть, вы мне подскажете, кто мог бы помочь.

— Подскажу, возможно…

Я покрутил головой.

— У вас тут чисто, кстати? Жучков нет?

— Ты с ума сошёл? — выкатил глаза завмаг.

— Надо проверить. Это всегда проверять надо. Дело ведь нехитрое.

— Ты знаешь что-то? — с подозрением спросил он.

— Нет, но осторожность никогда не бывает лишней.

Кофман смотрел на меня в упор.

— Мне нужно поставить на комбинат в Иваново продуктов дефицитных. Для работников. Просто еду для дома быта. Масло, сыр, майонез, колбасные изделия, мясные и качественные рыбные консервы, горошек, лечо. Можно чехословацкое пиво. Грузовичок-другой. Как думаете, можно такую штуку провернуть?"

"Кофман смотрел оценивающе, будто решал, стоит ли продолжать со мной разговор.

— А тебе зачем? — наконец, спросил он.

Я пояснил.

— В принципе, такое возможно, — помолчав, сказал он. — Но есть нюансы.

Теперь молчал я, ожидая, что именно он скажет.

— Знаешь, а ты ведь прав, насчёт проверки помещения. Пойдём-ка, выйдем в торговый зал. Там шум, никто наш разговор не подслушает.

Он встал из-за стола и в этот момент из коридора послышался гомон и дверь резко распахнулась.

— Мужчина, я вам русским языком говорю! Вова! Иди сюда, Вова!

В кабинет вошёл джентльмен лет сорока, скромно, даже невзрачно одетый, с незапоминающейся внешностью, с жидкими волосами.

— Всё в порядке, — с раздражением кивнул Кофман. — Пусть останется.

Посетитель скромно улыбнулся и развёл руками:

— Я же говорил, Яков Михайлович не пропустит возможности со мной поболтать.

— Иди, Нина, — снова кивнул хозяин кабинета. — Саша, ты тоже подожди пока. Побудь снаружи.

— А что это у нас за Саша? — поднял брови вновь прибывший товарищ.

Брови и волосы у него были пшеничными. Близко посаженные водянистые глаза, скошенный подбородок и длинный немного загнутый нос делали его лицо неприятным, похожим на зловредного героя мультфильма.

— Да-да, Яков Михайлович, я подожду, — кивнул я и встал.

— А что это у нас за Саша? — снова повторил неприятный гражданин. — Меня не стоит игнорировать, молодой человек. Я, конечно, не злопамятный, но случай представится — отомщу. А Яков Михайлович кого попало кофеями с конфетами угощать не будет. Это явно какой-то заговор.

Он подмигнул и затрясся мелким смехом.