\

— Ну, подходи тогда, встретимся в фойе, хорошо? Ты далеко отсюда?

Я был близко и даже прямо сейчас видел шпиль гостиницы. Поэтому, позабыв про аспирин, сразу пошёл на место встречи. Зина, к счастью, пока я ждал Аллу, не появилась.

— О, какие очки! — улыбнулась Алла Сергеевна, приветствуя меня. — Ну, что, едем?

— Конечно…

— Какая рука горячая…

— Да, я вообще горячий, — усмехнулся я.

Она не ответила, только хмыкнула. Мы загрузились в её «Волгу» и помчали. Кумачёва села впереди, рядом с водителем, а я разместился сзади. Было хорошо и приятно сидеть в тёплом авто на удобном диване, а не бежать и по промозглой и ветренной Москве.

Алла говорила, говорила, говорила, а я только поддакивал. Через некоторое время, впрочем, я уснул. Её голос становился всё более и более далёким, и я отрубился. Потом я проснулся и, судя по часам прошло уже часа. Чувствовал я себя скверно. Температура, судя по всему, поднялась серьёзно.

— Ты как там? — спросила Алла. — Выспался? Чем, интересно, ночью занимался, что так отключился? Ладно, скоро сделаем остановку, разомнёмся, перекусим.

— Отлично, — согласился я, с трудом шевеля, пересохшими губами.

Алла опять начала что-то говорить, но я уже не ловил нить рассказа. Бляха… Стало действительно хреново, я провёл рукой по лбу. Он был раскалённым.

— Алла, — начал я, но не договорил…

Я хотел пить. Страшно хотел… и… отключился. На этот раз вполне конкретно.

Когда я открыл глаза, во рту было сухо. Пить всё ещё хотелось, но… я был не в машине. Точно не в машине. Комната… Да, это была комната с белым потолком и…

— Очнулся? — услышал я мужской голос и надо мной возникла фигура."

"Это был мужчина средних лет. Он внимательно всматривался в моё лицо.

Что-то с ним было не то…. Что не так? Я закрыл глаза, и тут же снова открыл. На нём была милицейская форма…

25. Детерминатор

Я снова закрыл глаза, не то чтобы надеясь, но, как говорится, а вдруг… Но нет, никакого «вдруг» не произошло. Когда глаза открылись, дяденька милиционер не исчез. Седой полковник с короткой стрижкой и седыми усами. Он внимательно смотрел на меня круглыми рыбьими глазами, не мигая и не проявляя эмоций. Как сканер. А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету… И кюар кодов тоже…

— Алла, иди, очнулся твой пострадавший, — крикнул он и добавил уже мне.

— По какой статье привлекался?

— Что? — удивился я. — Ни по какой.

— Ну, это поправимо. Кто это тебя?

— Дядя Миша, ты же обещал! — воскликнула Алла Сергеевна.

Она тоже нависла надо мной. В отличие от полковника дяди Миши, Алла смотрела с тревогой и сочувствием. Её карие глаза были влажными и полными сострадания. Положение моё не способствовало рассуждениям романтической направленности, но я не мог не отметить, как она хороша в этом своём волнении.