\

— Думаешь, я могу на эту херню купиться?

— Думаю, можешь, учитывая, что это никакая не херня. Что тебе от меня нужно? Сотрудничество? Наверное. Если бы что-то другое, то ты бы сейчас уже ломал меня где-нибудь в глубинах Лефортово.

— Это никогда не поздно, — рявкнул он, вмиг перестав быть дружелюбным Мишей из шашлычной. — Откуда у тебя информация⁈"

"— Я не знаю откуда, — пожал я плечами, стараясь выглядеть как можно спокойнее и постучал себя пальцем по голове. — Просто такая информация существует. Она вот здесь. И я готов ей делиться, готов сотрудничать. Список подтверждает мои слова.

— Нет, не подтверждает. Зачем ты угнал такси?

— Подтверждает, ты сам знаешь, — кивнул я. — А такси… во-первых, я догадывался, что это никакое не такси, а во-вторых, у меня были на руках деньги, которые я не хотел, чтобы у меня нашли при задержании. Достаточно откровенно?

Он молча смотрел на меня.

— Я же не пустился в бега, просто приехал домой, где ожидал встретиться с твоими людьми. А до этого я послал список известных мне преступлений. Почему не принёс лично? Потому что не знаю, как ответить на вопрос, откуда у меня информация.

Это необъяснимо. Экстрасенсорные способности, или как это называется… Тем не менее, у меня есть знания о некоторых преступлениях. Не обо всех, ну и ладно, должны же и менты хоть что-то делать, правда? Повторяю, я хочу сотрудничать. И я подведу тебя к некоторым экономическим преступникам, которых крышуют не ваши, а менты. Улавливаешь? И к ментам тоже подведу.

Вот это и был главный козырь. Я сделал предположение о том, что ему действительно было от меня нужно и, кажется, попал в точку. Оставалось только немного его додавить.

Законных воров крышевали и те, и другие.

А их, в свою очередь, крышевали партейные. Но в том и была проблема, что полного контроля не имел никто. А контроль этот был очень желанным для многих в высоких кабинетах. Помимо материального благополучия такой контроль становился и весьма существенным политическим ресурсом. Вот за это и бились.

Партийцы через комитетских контролировали и заграничный бизнес, и внутрисоюзный, такой же прибыльный и такой же нелегальный. Подразумевалось, что денежки потекут в партийную казну. Но те, кто занимался реальной работой, далеко не всегда думали точно так же.

— А в чём будет твой интерес в этом случае? — не выказывая никаких эмоций уточнил он.

— Жила бы страна родная, и нету других забот, — серьёзно ответил я.

— Да-да, верю, как во Владимире, — криво усмехнулся Миша. — Деньги забрали и усвистели. Хочу тебе сказать, что грабить награбленное больше не получится. Так что не глумись над революционными песнями.

— Я просто хочу предотвратить убийства и ограбления, а не грабить сам, но, если откровенно, одному мне не справиться.